Обнуление

Корректор Галина Иванова

ISBN 978-5-4485-7265-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

– Муж мой, – с деланным смирением произнесла я, увеличивая экран связи до приемлемых размеров, – готова мчаться ради тебя в любую точку Вселенной, но только через пять дней.

Я скосила глаза на приборную панель старенького прогулочного межпланетного катера и удостоверилась, что параметры показывали штатный режим пилотирования. Беспокоил только сигнализирующий жёлтым цветом индикатор давления. Похоже, наступал предел мощностей борта в состоянии максимальных перегрузок, которые случаются во время прыжка в гиперпространстве.

Только бы машина выдержала! Немного дотянуть осталось.

– Потерпи, «Ласточка», – прошептала я, – тебе всего два раза сделать гиперпрыжок, а потом я тобой займусь плотно. Обещаю тебе самые лучшие «внутренности», какие существуют на вторичном торжище.

Я купила борт с рук на чёрном рынке. Сколько до меня у «Ласточки» было хозяев – неведомо, да меня это и не волновало. Понравился корабль – вот и всё. Решила восстановить его.

Конечно, обзавелась бы новым катером со сверхскоростями, выдерживающим максимальные перегрузки, с большим запасом прочности, только после такой покупки могли возникнуть проблемы в семье. Все счета о легальных приобретениях проходили через Сергея, и за каждый болт, купленный по случаю, приходилось отчитываться. Мне такие крутые «семейные горки» ни к чему, потому купила «корытце» и тайно таскала для него детали. Я соскучилась по работе. Моё творческое начало терзало изнутри и требовало выхода. «Ласточка» давала ему возможность выплеснуться.

Когда купила судёнышко, быстрая диагностика показала моральный и физический износ отдельных блоков и элементов настолько высокий, что напрашивался вывод: любые взлёт-посадка могли стать последними в его жизни. Но цена меня очень порадовала, потому внимательнее присмотрелась к катеру.

– Что ты сказала? – подался вперёд Сергей, и его лицо заняло весь экран для переговоров.

– Ничего. Помехи на линии.

Корпус лёгкого судна оказался хорошим и ни разу не подвергался ремонту, а всё остальное – компьютерная начинка – меня не очень заботило: исправлю, заменю, отремонтирую. Два года убила на преображение, и из старого корыта «Ласточка» моими стараниями превратилась в лёгкий межгалактический катер.

– Потому ты находишься в секторе перебазирования? – В голосе супруга слышались нотки раздражения.

Переговоры с мужем я как-то не учла, собираясь в полёт. Тут не отобьёшься пустыми фразами. Следовало напрячь извилины и поведать сносную историю моего отъезда. Главное, чтобы она вышла гладкой. А начать лучше, как обычно: «Не собиралась врать тебе, просто так уж вышло». Но что дальше?

– Отмалчиваешься, – прошипел муж и врезал кулаком по ребру приборной раскладки для регулировки видеосвязи. – Ты всегда молчишь! Купила развалюху – тишина. Полетела на ней – ни звука. Находишься в гиперпространстве – изображаешь недоумение и снова помалкиваешь. Что? Что ты делаешь, Цветана?

Вздохнула, заглотнув запах металла и свежей смазки, что витал в кабине пилота.

Насчёт «Ласточки» Сергей сильно заблуждался. Не такая уж она развалюха. Приложить руки, ещё покумекать, апгрейдить – летать будет за милую душу.

Я почистила прежние алгоритмы, записала недостающие программы в базу искусственного разума судна и вроде оторвалась от Земли, даже в гиперпространство вошла. Осталось только из него вылезти на минимальной скорости, крадучись, но это вопрос второй. На это у меня есть план Б. Только мужу такого говорить не следовало.

– Я услышу разумный ответ? – настаивал Сергей. – Ты зарегистрировала это корыто на своё имя и мне ничего не сказала. Такое поведение для тебя норма, Цветик?!

Брови благоверного сошлись на переносице, образовав короткую глубокую морщинку. Глаза теперь казались холодными и злыми.

Сергей подался вперёд, словно пытался вылезти из рамки экрана прямо в кабину пилота. Его лицо увеличилось, заняв всё пространство, черты заострились, как бывает при оптическом обмане.

Разумный ответ?

Так он сказал: «Разумный»?

Сколько у меня времени на размышление?

Рука сама потянулась к рычагу перемещения кресла, чтобы отодвинуться назад. Хотелось уйти от неприятного разговора в прямом и переносном смысле. За пять лет я осознала: спорить или что-то обсуждать с мужем бесполезно. Оставалось мастерить втихаря, и в доме будет благодать.

Я не боялась Сергея, просто не хотела раздувать скандал. Зачем? Так жить проще и спокойнее. Чем меньше он знает о моих занятиях – тем крепче спит.

К тому же, какие у меня дела? Так, делишки…

– Ну? – Сергей откинулся на спинку кресла и переплёл руки на груди.

В его взоре читалось негодование, губы были поджаты, желваки двигались. В общем, он напрашивался на разговор, и я точно знала, что тот для меня окончится печально.