Обнажённый Бог: Феномен

В астовской «Золотой библиотеке фантастики» появилось сразу два тома британского фантаста Питера Гамильтона (Peter F. Hamilton, 1960 — ) - «Обнаженный бог. Феномен» (перевод Н.Омельянович) и «Обнаженный бог. Финал» (перевод Г.Усовой). На самом деле это две части одного романа «Обнаженный бог» («The Naked God», 1999; номинировался на «Locus»-2000), завершающего цикл «Пришествие ночи» («Night`s Dawn»).

Ранее в этом цикле вышли «Дисфункция реальности. Увертюра» («The Reality Dysfunction: Emergence», 1996) и «Дисфункция реальности. Угроза» («The Reality Dysfunction, Part Two: Expansion», 1996), «Нейронный Алхимик. Консолидация» («The Neutronium Alchemist: Consolidation», 1997) и «Нейронный Алхимик. Конфликт» («The Neutronium Alchemist: Part Two», 1997; перевод Даниэля Смушковича).

При всем количестве названий на самом деле это всего лишь трилогия («The Night's Dawn Trilogy»). Во всяком случае, изначально, в Британии, это было трилогией, но американские издатели разделили пополам два первых романа — «The Reality Dysfunction» (номинировался на «Locus»-1989) и «The Neutronium Alchemist», получив, таким образом, пять томов (после издания «Обнаженного бога» США в мягкой обложке — шесть).

Джей Хилтон крепко спала, когда электролюминесцентные ленты терапевтической палаты, моргнув, дошли до полного накала. Простенький сон с улыбавшейся мамой, подобно статуэтке из цветного стекла, разлетелся на тысячи ярких осколков.

Свет больно ударил по глазам. Джей заморгала и в недоумении подняла голову. В знакомой обстановке почудилось что-то недружелюбное. Девочка испытывала страшную усталость. По всему видать, до утра еще далеко. Рот разодрала зевота. Рядом зашевелились и другие дети, раскрывая мутные от сна глаза. Среагировали на свет голографические наклейки с забавными изображениями. Анимационные куклы сочувственно заворковали, когда детишки в испуге прижали их к себе. Двери распахнулись. В палату торопливо вошли медбратья.

Один лишь взгляд на притворно улыбающиеся лица, и Джей стало ясно: случилось что-то страшное. Забилось сердце. Уж не одержимые ли? Неужели и сюда добрались?

Медбратья вынимали детей из постелей и вели их по центральному проходу к дверям. Жалобы и недоуменные вопросы игнорировали полностью.

— Учебная тревога, — объявил старший медбрат. — Живо собирайтесь. Выходите из палаты и ступайте к лифтам. Быстро. Быстро, — и громко хлопнул в ладоши.

Джей сбросила тонкое стеганое одеяло и поспешно спрыгнула с кровати. Быстро оправила запутавшуюся в ногах длинную ночную рубашку. Она уже готова была присоединиться к выстроившимся в проходе детям, когда заметила за окном блуждающие огоньки. Каждое утро, с тех пор как она очутилась здесь, Джей просиживала возле окна, глядя на Мирчуско, на беспокойные зеленоватые облака, окружавшие газовый гигант.

— Опасность.

Беззвучное слово произнесено было так быстро, что Джей едва его уловила, хотя тут же ощутила присутствие Хейл. Девочка невольно оглянулась по сторонам, предполагая увидеть ковыляющего к ней детеныша киинта. Но нет… кроме медбратьев, подталкивавших детей к выходу, в комнате никого не было.

Прекрасно понимая, что поступает непозволительно, Джей подошла к большому окну и прижалась носом к стеклу. Лента крошечных бело-голубых звезд обвилась вокруг Транквиллити. Звездочки эти двигались, тесно охватывая обиталище. Теперь она разглядела, что это вовсе и не звезды: они удлинялись. Огни. Блестящие маленькие языки пламени. И их сотни.

— Подруга. Моя подруга. Угроза жизни.

Никакого сомнения. Это Хейл. В словах ее слышалась огромная печаль. Джей на шаг отступила от окна. За стеклом, против места, к которому она только что прижималась лицом, извивались странные серые вихри.

— В чем дело? — спросила она, обращаясь к пустому пространству.

За окном вспыхнул каскад новых огоньков. Прихотливо разбросанные в пространстве шары распускались, словно цветочные бутоны. У Джей даже дыхание захватило. Счет шел уже на тысячи. Огни скрещивались и расширялись. Потрясающе красиво.

— Подруга. Подруга.

— Началась эвакуация.

Джей нахмурилась. Второй беззвучный голос подобен был слабому эху. Джей показалось, что принадлежит он взрослому киинту, вероятно, Лиерии. Джей встречалась с родителями Хейл всего несколько раз. Выглядели они устрашающе, хотя и были с ней любезны.

— Предназначение. Два.

— Нет, — твердо откликнулся взрослый голос. — Запрещено.

— Предназначение.