Обезглавленное древо. Книга пятая. И жили они долго

Времени не хватало. Всегда не хватало.

Таниэль свыкся с этим, притерпелся, но не смирился. Слишком поздно взошла его звезда, слишком много лет было потрачено на то, чтобы добиться теперешнего положения – обладателя силы, способной стирать с лица земли города и деревни. Его именем пугали детей, и даже сторонники побаивались его, уважали, но не любили. Слишком уж безжалостен он к чужим ошибкам и слабостям, слишком жесток и холоден. Как ледяная скала, которая хоть и защищает от ветра, но не дает опоры усталой спине.

Таниэль жаждал времени. Изящный, но крепкий, он находился в самом расцвете сил – всего-то тридцать восемь лет, – но постоянно казалось, что время его на исходе. И когда шагал по улицам в золотистом плаще, который так шел к его темным глазам и волосам, и видел нищих, шлюх, бездомных и прочее отребье, копошившееся на мостовой, страшно жалел, что на самом деле не обладает приписываемой ему магической силой.

Протянуть бы руку к этим бессмысленным, непонятно зачем живущим комкам плоти, забрать их жалкие жизненки, вобрать в себя и продлить свой век, чтобы на все хватило времени. Души их пусть отправляются, куда хотят, на них Таниэль не претендовал. Хотя, существуй такая возможность, пустил бы и их в дело.

Вот о чем он думал, мрачно шагая по улице очередного города, который склонился перед ним. Как он там называется? Да неважно, он присоединится к его, Таниэля, добыче, а его армия разбойников, негодяев и отверженных огненным колесом пройдется по нему, заберет все, что им понравится, и установит в городке свои порядки. Какие именно, его не волновало. Мир заслужил это и гораздо большее.

Рано или поздно кто-нибудь из соратников вонзит ему нож в спину, но и это было безразлично Таниэлю. Главное, успеть добраться до одного человека, которого он поклялся разыскать много лет назад.

Разыскать, посмотреть ему в глаза и убить.

Айк уклонился от удара в последний миг – лезвие ножа пропороло рукав рубашки. Пропустил нападавшего мимо себя и хладнокровно ударил палкой в основание шеи. Здоровенный парень рухнул, как подкошенный, Айк выскочил из-под трапа, где его так неудачно зажали. Сильван часто говорил, что в настоящих, не книжных схватках все решают доли секунды – так оно и оказалось.

На палубу упала тень, и Айк прыгнул в сторону, одновременно разворачиваясь. Меч свистнул у его лица и вонзился в темные доски. Айк не раздумывая ударил по нему палкой со всех сил. Дрянная сталь переломилась со стеклянным хрустом, а нападавший – низенький, толстый бородач – с ревом бросился в атаку.

Времени для замаха не было, и Айк встретил противника ударом кулака в лицо. Кисть вспыхнула болью, оглушенный бородач попятился, и Айк сильным тычком палки в живот отправил его отдохнуть.

Выпрямился, тяжело дыша, отвел со лба влажные волосы. Похоже, сегодня Всемогущий им благоволил. На палубе вповалку лежали стонавшие люди, многие корчились от боли, но крови практически не было. Что и требовалось.

– Лорна! – крикнул Айк в пространство, заполненное солнечным жаром и шелестом парусов.

– Да, капитан!

Из-за грот-мачты выскочил невысокий, но крепкий молодой человек – порывистыми, полными сил движениями он напоминал молодую собаку. Подбежал к Айку и преданно уставился на него шоколадного цвета глазами, отчего сходство еще усилилось. Бандана на его лбу потемнела от пота.

– Разберись тут. – Айк убрал палки в чехол и закинул его за спину. Помассировал кисть, болезненно морщась. – За борт всех. Кто без памяти – приведите в чувство сначала.

Подвижное лицо Лорны недовольно дернулось – он явно был в восторге от этой победы и не склонен великодушничать. Но ничего не сказал, а тут же начал выкрикивать приказания.

Айк наблюдал, как матросы одного за другим поднимают охавших людей. Кто мог идти, прыгал за борт сам, осознавая свое неслыханное везение, кого-то тащили волоком и перекидывали через фальшборт, точно мешок. Снизу доносился смачный плеск и болезненные крики.

Дрейфовавший неподалеку пиратский корабль поспешно поднимал паруса и разворачивался. Айк понятия не имел, успеют ли те, кого они выкинули за борт, до него добраться, но это уже были их проблемы. Он и так обошелся с разбойниками более чем великодушно.

Не обращая внимания на боль, пульсировавшую в кисти, Айк ходил по палубе и оценивал нанесенный ущерб. В принципе, ничего непоправимого – фальшборт пробит и сломан в нескольких местах, где пираты пытались зацепить его абордажными крюками, мачты и палуба в засечках и царапинах от мечей.

– Бедняжка Кэт, они тебя поцарапали, – бормотал Айк, скользя рукой по перилам трапа, ведущим на мостик. «Катриона» медленно разворачивалась под напором слабого ветерка, такелаж поскрипывал, словно жалуясь.