О кабинетах...

Мерль, некромант

Мое имя последние лет сто – господин Мерлен. Не самое заметное, но для успешного геронийского дельца весьма подходящее. Еще и известное, в узких кругах истинных знатоков.

И для меня, как для человека, занимающегося решением различных сложных вопросов очень важен кабинет. Или приемная. Примерно как раньше был необходим тронный зал и подвалы для пленников и ритуалов. Для произведения нужного впечатления и внушения… хм, должного почтения. И подтверждения статуса. Но это только последние лет сорок, с тех пор, как я окончательно смирился с тем, что этому месту никогда не стать больше уютным убежищем для усталого, но довольного жизнью Великого Магистра в отставке. Видимо, грандиозное уничтожение последней моей резиденции и вместе с ней любимой спальни и лаборатории негативно сказалось на будущем прочей личной собственности крупнее избы.

Так вот, с кабинетами мне как-то не повезло.

Самый первый, любовно обустроенный в скрытном особнячке в Ксашасских отрогах, почти у самого Геронийского перевала, одна милая леди разносила раза три, не меньше.

Можно было бы догадаться, когда Лиссаэль, нет уже Лисил, в первый раз ворвалась туда, резко распахнув дверь. Объятая магическим пламенем, в развевающихся, тлеющих одеждах. Первой потерей стал халат. Мда… не жалко, правда. Зрелище того стоило.

Стоит прикрыть глаза, вспоминаю…

Она легко скользила над полом, едва касаясь ногами каменного пола, чуть диковато улыбаясь. С любопытством оглядывалась, кривя полноватые губы в хитрой гримаске. На светлой коже играл золотом огонь, запутавшийся в волосах.

Свернувшись в клубок, наподобие кошачьего, устроилась в глубоком бархатном кресле и внимательно следила за мной. Пыталась понять, что я задумал, высчитывала свой выигрыш. Гипотетический. Наивная и смешная, но очень сильная… красавица моя. Моя.

Меняющиеся глаза отслеживали каждое движение, коготки машинально драли подлокотники. Потом она неожиданно заинтересовалась чучелом дикой горной кошки, стоящем на столе. Пятнистая шкурка, черные агаты глаз, острые стальные когти. Одна из моих лучших работ на тот момент. Сторожевой малый лич. Каждую декаду я выпускал животное на волю, погулять. Попугать зверье и заблудших путников. В застывшем состоянии кошка, выгнув спину, щерила зубки в зачарованное зеркало, используемое в качестве окна. Оно могло показывать любое место, где оставалась моя магическая метка. Обычно серебряный отполированный до блеска овал в бронзовой раме демонстрировал дорожку к крыльцу. Изображение могло дробиться, если надо, да так мелко и часто, что потом болели глаза, а в голове образовывалась такая смесь мыслей и образов, что никакого вина не надо.

В общем…

Пока я не приручил толком Огненную Лису и ее силу, дважды менял столы, между прочим, из лучшего лиственя, выбросил оплавленные канделябры, позже заказывал полный комплект полок для свитков и новый сундук, обитый устойчивой к возгоранию материей. Ну а ковров, гобеленов и драпировок было пожжено без счета.

Ну и сторожевой лич регулярно менял шкурку. Выдержку полукровка тренировала именно на нем. Милое дело за ними было наблюдать, особенно в начале. Потому что победителем тогда по большей части выходила именно горная кошка, в которую была заложена рациональная управляющая программа. Она и уворачивалась лучше, и шипела язвительнее, и мышей ловила быстрее.

Впрочем, та трехлетняя эпопея была оправдана. В итоге я получил в свое распоряжение огненного мага, причем полуоборотня. Доверие такого экземпляра дорогого стоит. Выгодная сделка.

Особенно если учесть, что часть снятой с ее ауры информации о воздействии различных боевых и блокирующих чар пошла в счет изучения аномалий бывшего Внутреннего моря. Правильно я от него подальше отселился тогда… предусмотрительно и разумно. Изменения, инициированные на Острове, не просто закрепились в поколениях хищников, но и получили развитие. В сторону адаптации к условиям окружающей среди и общего повышения кровожадности. Хорошо, что не разумности. Так что ежегодно мигрирующие и выбирающиеся на охоту в земли людей твари доставляли жителям много радости и экзотических развлечений.

Нет худа без добра, как говорят крестьяне. Я так и заявил в ответ на обвинение одного очень опасного Дракона в недостаточном купировании последствий экспериментов бывших подданных. Быстро сошли на нет мародеры и разбойники в Темной Империи, стремительно поделились территории и резко прекратились пограничные стычки между Инсолой, Геронией и Ронией. Предгорная гномья провинция впервые со времени обретения независимости оставила побережье, стремительно превращающееся в болото более крупному соседу. И развернулась в сторону перевала, неожиданно ставшего самым быстрым и пока единственным путем сообщения между севером и югом. Коротышки коротышками, а соображают побыстрее некоторых… светлых.

Правда, уже лет с полсотни именно мне приходится приглядывать за ситуацией. И политической и магической. Постоянно, хорошо еще, не лично.