О чем мечтают феи

Уважаемые читатели, оставляю вам на суд третью книгу серии «Дети стихий». Большое спасибо всем, кто оставлял свои комментарии, критикуя или наоборот, хваля — благодаря этому я старалась работать над своими ошибками и не теряла желания творить.

Следующая часть станет заключительной историей для основного сюжета, и началом для последней — пятой книги. Скажу сразу тем, кому интересно, я вынуждена сделать некоторый перерыв в творчестве, так как, выдав три книги за три месяца, я устала и знатно запустила дела в реальном мире.

P.S. Говорю сразу — возможно большое количество ошибок, за которые прошу не ругать. Честно, сил просто нет сейчас по буквам разбирать свое новое творение.

О чем мечтают дети? Смотря какие. Те, у кого есть и деньги, и родители — о свободе выбора и новых игрушках, те, у кого есть только родители — о том, что не придется снова голодать или мерзнуть зимой. Что никто не будет болеть.

А о чем мечтают те, у кого есть деньги, игрушки, платья и лучшие лекари?

О том, что однажды приедет папа, обнимет, прижмет к себе и скажет, что он очень-очень любит и всегда будет рядом.

Вот такие глупые мечты у этих детей.

Быть королевским бастардом в человеческих землях было, естественно, достаточно выгодно. Особенно, когда ребенок был не просто девочкой или мальчиком с милым личиком и стандартным даром мага, а еще и носителем редких кровей лесного народа.

Если бы речь шла о дриадах или нимфах, которых так или иначе, был много, на Шантэль (так звали девочку-бастарда) внимания обращали бы даже меньше, чем на остальных. Полукровок мало любили, скорее терпели.

Но она была на половину феей.

Кто такие эти самые существа? Нет, не крохотные малыши с крыльями бабочек — роста феи хоть и были невысокого, но вполне человеческого. Они поголовно обладали идеальными телами, яркой, необычной внешностью, причудливыми узорами на все тело и волосами, по сравнению с которыми, даже шелк был слишком грубой тканью.

И среди них никогда не было мужчин.

Для размножения, феи выбирали особей преимущественно с человеческой кровью, чтобы избежать отклонения в отпрысках — все знали, что кровь смертных не могла спорить с бессмертной. Детей всегда забирали и воспитывали так, что даже отголоска от рода отца не оставалось в малышах.

Но толи Шантэль была тем самым браком, от которого даже мать отказалась, толи что-то еще…

Ее оставили отцу.

Девочка с детства знала свое место на шахматной доске Его Величества. Рано или поздно её ждал выгодный для отца брак и роль подстилки под высокорожденным мужем. Его она, скорее всего, переживет и будет снова сослана в далекое имение, с несколькими слугами.

И останется жить там долгие столетия, видя, как рождаются, растут и умирают все вокруг нее.

Потому, что она уродка — бессмертное дитя Его Величества.

Если бы Шантэль родилась страшненькой — проблем стало бы заметно меньше, но малышка оказалась диво как хороша. Ростом она была не выше полутора метров, худенькая, с круглыми бедрами, тонкой талией и высокой полной грудью. Изящные щиколотки, узкие ладошки с длинными пальцами… В остальном Шайли так же была невероятно красива — большие, серебряные глаза с черной обводкой радужки, узкое лицо с тонкими аристократическими чертами и аккуратными пухлыми губами. А еще волосы — длинные, до колен мягкие кучеряшки, нежного розового цвета. Они никогда не путались, но и заплести их, скажем в косу, было настоящим испытанием. Если сама девушка не хотела такой прически, прядки как живые вырывались из чужих рук, а все плетения мгновенно распадались.

От матери-феи Шайли досталось еще одна особенность — всю правую сторону тела, кроме лица, покрывал травяной узор в виде стеблей неизвестного растения с резными листиками насыщенного зеленого цвета.

С детства, когда было хорошо или грустно, фея постоянно танцевала, причем так, что старая нянечка или учителя, замирали, любуясь легкости движений и грациозности еще не до конца сформировавшегося тела.

Шайли не была проблемным ребенком. Она послушно ела кашу, прилежно училась и никогда не хамила взрослым. Бессмысленность побега из дома поняла довольно рано, когда осознала, что каждый раз на прогулке за ней следят, однако саму идею не оставляла, просто решила, что нужно к такому серьезно подготовиться.

И она готовилась.

На праздники король часто дарил девушке украшения, ценность которых зависела только от значимости торжества. Шайли быстро смекнула, что к чему и, договорившись с садовником, начала продавать их целиком или заменять камни на стекло, откладывая деньги на секретный счет в банке дворфов. Молодой мужчина, работавший в доме, естественно каждый раз брал высокую плату за эти аферы, но относился серьезно к поручениям и выполнял все честно. По договоренности, фея должна была предупредить его о побеге, чтобы садовник успел спрятать свои деньги и не выдал таким образом секрета молодой госпожи.