Новый Мир

Annotation

«Нет таких крепостей, которые не могли бы взять большевики». Так было сказано, и более двух десятилетий советские и немецкие коммунисты строго следовали завету Отца и Учителя. Теперь лишь одна преграда осталась между евразийским большевизмом и гегемонией на континенте, но последний враг стоит всех остальных вместе взятых. Ведь это Британская Империя, первая держава мира, страна, которая никогда не проигрывала. И вновь в штабах бессонными ночами склеивают километры карт, выходят из гаваней армады боевых кораблей. Вновь поднимаются в небо тяжелогруженые бомбардировщики и стремительные истребители, крестят дороги пыльными следами английские танки, немецкие «панцертраки» и советские артсамоходы. Британскому империализму и пролетарскому интернационализму тесно на одной планете, последнее и решающее сражение неизбежно, но кто начнет первым?..

Александр Столбиков

С признательностью и благодарностью

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Александр Столбиков

Игорь Николаев

НОВЫЙ МИР

«Oh, East is East, and West is West, and never the twain shall meet,

Till Earth and Sky stand presently at God's great Judgment Seat;

But there is neither East nor West, Border, nor Breed, nor Birth,

When two strong men stand face to face, tho' they come from the ends of the earth!»

«The Ballad of East and West» by Joseph Rudyard Kipling

«…Мудрено ли в свете всего вышесказанного, что необозримое наследие пращуров — империя, над которой никогда не заходит солнце, — продолжало существовать только благодаря золоту, бесконечным потоком лившемуся из Индий, и пикам своих испытанных солдат… И потому, невзирая на весь упадок, мы еще внушали страх и не позволяли глядеть на себя свысока».

Артуро Перес-Реверте «Испанская ярость»

С признательностью и благодарностью

Галинеза ее наиполезнейшее колдовство;

Александру Алексеевичуи Владимиру Николаевичу,сделавшим из мальчика специалиста;

Игорю Александровичуза многолетнее терпение;

Дмитрию Чернышевскомуи Наркому иностранных дел Кириллуза неоценимую помощь в оформлении общей концепции, а также за разъяснение ключевых политических вопросов;

Евгению,а также Светланеи Андрею,всегда поддерживавшим в трудную минуту;

Александру Трубникову, Евгению Белашуи Евгению Дурневу,давшим ряд ценнейших литературных и технических советов;

xcb, Сергею Русову, Игорю Радюковуи Дяде Мише,пришедшим на помощь в самый тяжелый момент и тем весьма способствовавшим;

Камрадамс форума www.twow.ru принявшим на себя тяжкий и неблагодарный труд по вычитке и комментариям;

Андрею Уланову,который не обнадеживал, но поддерживал;

Сергею Анисимову,вновь открывшему широкому читателю жанр отечественной исторической альтернативы;

Илье Крамнику,«посреднику, данному нам в ощущениях»;

Михеюи О.М.С.,которые не верили и тем крайне вдохновляли;

Очаровательной Любе,чьи прекрасные глаза всегда служили отличной мотивацией для творчества.

Пролог

Сталинград, 1984 год

Каждый год, уже десять раз подряд, он подавал в посольство СССР одно и то же ходатайство. И каждый раз получал один и тот же ответ, безукоризненно вежливый и однозначный. Другой на его месте неизбежно сдался бы и пополнил ряды многочисленных жалобщиков, стенающих об ужасах железного занавеса. Но Микки Мартин был упорен и не ждал чудес. В конце концов, странно было бы, если бы разрешение на туристическое посещение ему выдали сразу. Учитывая его положение и определенные достижения прошлого и настоящего.

Но удача улыбается упорным, и на одиннадцатый раз какие-то неведомые колесики бюрократического механизма провернулись желаемым образом. Сам он, откровенно говоря, так и не понял, как ему дали визу и разрешение на въезд. Попасть в СССР англоговорящему иностранцу не из советской Европы, пусть даже не американцу, а австралийцу, было столь же трудно, как верблюду пролезть через игольное ушко. В особенности если этот иностранец — автор «Континентальной войны». В последнее десятилетие, когда советский режим несколько отошел от прежней практики жесткой конфронтации, Мартин мог вполне свободно передвигаться по советской европейской зоне, даже был вполне благосклонно принят в ГДР. Но въезд в Страну Советов по-прежнему был для него закрыт.