Новогодье. Месть рода

[Глава 1. Подарок и откровения]

Ульяна

Прикусив кончик языка, с усердием выжигала на металле серию защитных рун, хвостик особенно важного знака все никак не хотел получаться, что злило безумно. Я почти дочертила знак, уже ловила привкус победы ведьмы над артефактом: барабанная дробь, вот-вот, сейчас, сейчас… вычертив резцом спираль, дала резкий замах вбок и в взволнованном предвкушении замерла, рассматривая рисунок, а разглядев, горестно застонала, откидывая инструмент и закрывая ладонями лицо.

Снова не так!

Святые зелья, ну, сколько можно, блин.

Уже семь раз я напрочь сносила магический рисунок, ругалась, раздраженно швыряла по помещению скомканные листы с набросками, постигала дзен в медитации, и, более-менее восстановив душевное равновесие, вновь возвращалась к вредной загогулине.

– Зараза!!!

Сейчас кончик получился слишком тонким, почти не видным, а требуется конец не тонкий и не толстый, средний. Средний, блин-оладушек. Средний!!! Вот, казалось бы, легкотня, че-такова - нарисовать какой-то там хвостик, ага, ни черта ни-че-такова. Но делать нечего. Придется переделывать.

– Я тебя добью, чего бы мне это ни стоило! – шепотом пообещала, встряхнула руками и навела на заготовку свет, однако стоило мне приступить к начертанию, как в мастерскую коротко постучали.

Недовольно прищелкнула языком, ведь много раз просила меня во время работы не беспокоить, вернулась к артефакту, надеясь, что кто бы там ни был по ту стороны двери, он додумается: если не отвечают, значит, притопал не вовремя. Потеребив в пальцах инструмент, успела сделать короткую черточку, как послышался еще один стук вместе с глухим голосом снежной:

– Льяна, ты там?

– Льяна вне зоны действия сети, – проворчала и, с сожалением отложив неготовое изделие, погладив его по нескольким законченным рисункам, махнула в сторону двери, мысленно произнося отпирающее заклинание, взяла тряпочку и, вытирая руки, разрешила войти.

На пороге появилась Рия. Бросив по сторонам любопытный взгляд, двуликая вошла.

– Что-то важное? – нетерпеливо уточнила.

– Ну, это как сказать. Ты, конечно, извини, что беспокою, но ты целый день ничего не ела. А Риан меня настоятельно просил перед отъездом следить, чтобы ты хотя бы пару раз в день кушала, – снежная виновато пожала плечами, но, судя по твердому блеску темно-зеленых глаз, без победы уходить не собиралась.

– Лесли сдал, да? Дома-то ты не появлялась практически сутки.

При упоминании сытного обеда или, что верней, ужина под ложечкой засосало, живот неприятно заныл. Несмотря на голод, прерываться мне очень не хотелось, но Ариадна права: если Риан узнает, надает по заднице, а он непременно узнает.

– Откуда тебе знать, сколько меня не было дома, если ты сама не вылазишь отсюда с момента отъезда моего горячо любимого братца, а это, на минуточку, уже третий день, – насмешливо выгнула бровь двуликая. – Но да, сдал тебя Рид, – и добавила ворчливо: – Будто еще есть кому.

– До сих пор не понимаю, за что он меня так не любит, – вздохнула, все еще колеблясь в отношении трапезы. Есть или не есть, вот в чем вопрос. Кстати, занятная книжица, если вы поняли, о чем я. Аналогов этой истории в моем мире, к сожалению, а может, и к счастью, не существует.

– Насчет Рида – все просто. Лесли тот еще консерватор, он терпеть не может перемен, а с твоим появлением перемены и новшества сыплются как из рога изобилия. Вот вроде и не старый мужик, всего тридцать с хвостиком, а будто древний дед, самой иногда тошно от его брюзжания, – хохотнула Ариадна и махнула ладонью: – Слушай, не забивай себе голову.

– Пожалуй, не буду.

– Вот и отлично. Кстати, о Риде и еде. Могу организовать ее доставку в твою святая святых. Заодно отвлечешься ненадолго. Могу составить тебе компанию, сама ела только утром.

– Ладно, давай, – нехотя согласилась, признавая своё поражение перед снежной и физическое несовершенство в виде нужды в питании. И Рия, удовлетворенно кивнув, крикнула:

– Лесли, заноси.

Я только и успела погасить магические светляки над рабочим столом да закрыть его своей спиной, как в мастерскую с кислой миной ворвался туфелька, а за ним Дайана – одна из служащих кухни, с подносами. По поводу того, что туфелька мог подслушать наш с Ариадной разговор о себе, я не волновалась. Дверь достаточно толстая, в довесок глушащие шум артефакты, все же создание магических изделий - иногда дело шумное. Расставив снедь на небольшом журнальном столике, Рид дал словесного пинка излишне любопытной девчонке-подчиненной, и они оба поспешно ушли.

– Ну, ты и лиса, – с уважением прокомментировала поступок снежной, усаживаясь на диванчике.

– А то, – весело вздернула подбородок Ариадна. – Чем и горжусь.

Взяв в руки бутерброд с ростбифом и зеленью, поинтересовалась:

– Ты от Шера вернулась?

– От него, родимого, – фыркнула двуликая, но как-то без энтузиазма. Она хоть и пыталась скрыть, но ведьминская суть подсказала: подруга чем-то расстроена и малость подавлена.

– Поссорились?