Новая жизнь или Обычный японский школьник

У меня всегда была отличная память на текст. Я могу запомнить практически любой текст, едва прочитав его, в то же время у меня отвратительная память на лица. Вот у Кенты — наоборот, — он лица помнит отлично, а память на текст у него — отвратительная. В то же время, я — обожаю единоборства и терпеть не могу танцы, хотя многие пытались меня убедить, что эти два спорта очень похожи. Для Кенты единоборства — пятое измерение, но он неплохо владеет своим телом и в средних классах даже танцевал в ансамбле. Я — люблю поговорить и искренне считаю себя «душой компании», даже если окружающие иного мнения. Кента — застенчив и скромен, предпочитает скрыться за спинами и не высказывать своего мнения. Я могу привести еще много примеров, в которых мы с ним — совершенно разные люди. Меня можно назвать бабником, а Кента — девственник, я довольно хорош в гуманитарных науках, а вот Кента — обожает алгебру и даже собирается поступать на физико-математический. Я повидал жизнь в ее самых неприглядных позах и ситуациях и все еще полон оптимизма и жизнелюбия, а Кента за свою жизнь не был нигде кроме своего городка и не видел ничего кроме школы и летнего лагеря, но уже погружен в депрессию и терпеть не может окружающих. Я — сангвиник и немного холерик, Кента — меланхолик и флегматик. Я — Скорпион, а он — Водолей. И так далее.

Но есть что-то, что нас с ним объединяет. Это тело. Его, Такахаси Кенты тело. Тело, кстати, так себе. Если бы где-нибудь существовал рынок тел для вселения — то я уверен, что тело Кенты стояло бы в самом углу магазина, покрываясь пылью и все новыми ярлыками со скидками — сперва 10%, а там и 25%. А уж если бы вместе с телом прилагалась бы и вся история жизни, социальный статус и связи… то это тело просто всучивали бы в довесок. Или дарили на распродажах как бонус. Потому что история жизни у Кенты была шикарная — родился, ходил в садик, а сейчас вот в школе. Нет, понятно, что у парня-старшеклассника вряд ли найдется достижение вроде ордена «Пурпурное Сердце» или там воспоминания об вручении «Оскара», но даже так его жизнь до определенного момента была похожа на тот самый фруктовый кефир. Пресная, скучная, безопасная. Он избегал конфликтов и у него не было врагов, но не было и друзей. В школе не хватал звезд с неба, хотя мог бы получать отличные оценки по алгебре, но предпочитал не выделяться и нарочно совершал одну-две ошибки в контрольных работах. Старался не огорчать родителей, был совершенно равнодушен к младшей сестре, не привлекал внимания учителей и одноклассников. Идеальный шпион — неприметный, незапоминающийся и как будто не существующий. Эта информация носила исчерпывающий характер и в отношении его социального статуса и связей. Попросту — их не было.

Как я оказался в теле Кенты, с его воспоминаниями, но без самого Кенты? Боюсь, что объяснить у меня не получится. Не помню ни длинного туннеля, ни диалога с богом или иным существом, ни загрузочного интерфейса. Знаю только, что для перерождения я бы выбрал другой мир и другое тело. Если бы у меня был выбор.