Ночи в Роданте

Как и все мои книги, «Ночи в Роданте» никогда бы не были написаны без поддержки и помощи моей жены Кэти.

Эта книга посвящается троим из моих детей, но я хочу поблагодарить и Майлса с Райаном (которым посвящено «Послание в бутылке»). Ребята, я вас люблю!

Особое спасибо Терезе Парк и Джейми Рааб, моим агенту и редактору. Они обладают прекрасным литературным вкусом и не позволяют мне работать спустя рукава. Иногда мне кажется, что они чересчур требовательны, но все-таки своим успехом мои романы обязаны именно им. Книги, получившие их одобрение, всегда нравятся читателям.

Не могу не поблагодарить Ларри Киршбаума и Морин Иген из издательства «Уорнер букс». Приезжая к ним в Нью-Йорк, я всегда чувствую себя как дома.

Денис ди Нови, продюсер фильмов «Послание в бутылке» и «Спеши любить», не просто талантливый профессионал, это обаятельная женщина, которая пользуется моим уважением и доверием. Она настоящий друг и заслуживает бесконечной благодарности за то, что сделала для меня и продолжает делать.

Ричард Грин и Хоуи Сандерс, мои агенты в Голливуде, отлично знают свое дело. Спасибо вам, ребята!

Спасибо Скотту Швимеру, другу и адвокату, который защищает мои права и интересы.

Что касается рекламы, хочу поблагодарить Дженифер Романелло, Эмили Багатилья и Эдну Фарли; Флэга и остальных за дизайн обложки, Кортни Валенти и Лоренцо ди Бонавентура из «Уорнер бразерс», Ханта Лаури и Эда Гейлорда II из «Гейлорд филмз», Марка Джонсона и Линн Харрис из «Нью лайн синема»; со всеми было так приятно работать. Спасибо огромное!

Мэнди Мур и Шэйн Уэст прекрасно потрудились над «Памятной прогулкой», и я очень ценю их помощь в создании этой книги.

И конечно же, спасибо моим родственникам (не обижайтесь, если кого-то забыл): Мику, Кристин, Элли и Пэйтон; Бобу, Дебби, Коуди и Коулу; Майку и Парнелл, Чарльзу, Генриетте и Гленаре, Дьюку и Мардж; Диане и Джону; Монте и Гейл; Дэну и Сэнди, Джеку, Карлин, Джо, Элейн и Марку, Лемонту и Мишель, Полу, Джону и Кэролайн; Тиму, Джоан и папе Полу.

И разве я могу забыть Пола и Адриану?

Три года назад, теплым ноябрьским утром 1999 года, Адриана Уиллис снова приехала в эту гостиницу и поначалу решила, что здесь ничего не изменилось. Крыльцо было недавно покрашено, а жалюзи, похожие на клавиши пианино, скрывали зашторенные белыми занавесками окна обоих этажей. Цвет кедровой обшивки напоминал о талом снеге. По обеим сторонам гостиницы приветственно покачивался на ветру тростник, а высокая дюна каждый день принимала новую форму – ветер то и дело переносил песчинки с одного места на другое.

Облака заволокли солнце, и казалось, мглу пронзают отдельные капельки света. На секунду Адриане почудилось, что она вернулась в прошлое, но, присмотревшись к дому повнимательнее, она увидела то, что невозможно скрыть косметическим ремонтом, – гниль по углам окон, ржавые пятна на крыше и сточных желобах… Гостиница потихоньку умирала. Адриана отдавала себе отчет, что тут ничего не поделаешь, и все же зажмурилась, пытаясь представить, как здесь было раньше.

За месяц до своего шестидесятилетия Адриана стояла в кухне своего дома. Она только что повесила трубку после разговора с дочерью. Присев за стол, Адриана стала вспоминать последний визит в гостиницу и долгий отпуск, навсегда изменивший ее жизнь. Немало лет прошло с тех пор, но Адриана по-прежнему верила, что только любовь может сделать женщину счастливой.

За окном шел дождь. Негромкий стук капель по стеклу навевал нечто похожее на ностальгию. Ностальгию часто романтизируют, а воспоминания Адрианы были и без того романтичны. Делиться ими ни с кем не хотелось. Они принадлежали только ей и с годами превратились во что-то вроде экспоната в музее, где она была и смотрительницей, и единственным посетителем. Как ни странно, Адриане казалось, что за те пять дней она узнала больше, чем за всю жизнь.

Адриана была в доме одна. Дети выросли, отец умер в 1996-м, а с Джеком она развелась семнадцать лет назад. Время от времени сыновья пытались кого-нибудь ей подыскать, однако она была против. Не то чтобы Адриана сторонилась мужчин; она даже сейчас частенько ловила себя на том, что заглядывается на молодых людей. Некоторые выглядели чуть старше ее собственных сыновей, и ей было любопытно, что они подумают, если заметят, как она на них смотрит. Отвергнут с презрением или, наоборот, сочтут ее интерес лестным? Адриана не знала. Не знала она и того, смогут ли эти парни увидеть за сединой и морщинами миловидную женщину, которой она когда-то была.