Николай Негодник

Славель. Наши дни

Густой, почти черный чай мощной струей ударил в донышко чашки, и попавшие под водопад чаинки закружили свой вечный вальс. Медленно и немного грустно. Откуда взялась эта грусть, Николай не знал, только предчувствие чего-то необычного щемило сердце и заставляло его биться быстро-быстро, отдаваясь легкой дрожью жилки на виске.

Чаепитие в жизни русского человека вообще, и Коли Шмелёва в частности, — это не просто утоление банальной жажды. Это особый ритуал, можно даже сказать, традиция. Ну, куда там японцы со своей чайной церемонией суются. Ерунда все эти церемонии. Ну, представьте сами, какая-то мойша месит веником в фарфоровом блюдечке, пока оттуда пена не пойдет. Там же все остынет, пить-то нечего будет. Разве что этот самый веник облизать. Может, конечно, не мойша, а гейша чай готовит. Но в этом Коля уверен не был и, кроме японой матери из их мифологии, ничего не помнил. Японцы вообще народ странный и пониманию нормального человека не поддающийся.

А настоящая русская чашка для чая должна представлять собой сооружение монументальное, вместимостью никак не менее полулитра. Сам чай чтоб цвета мореного дуба, горячее адского пекла и вулканической лавы. От такого напитка все болезни в организме корчатся в страшных муках и, померев наглой смертью, сваливают прочь… Да в общем, какая разница, как сваливают, главное — результат.

После утреннего чая особенно вкусной кажется первая сигарета. Теплая погода позволяла выкурить ее на балконе, уютно развалившись в продавленном кресле и закинув ноги на перила. Погода позволяла, но мешала целая связка тощих прутиков. Не далее как вчера они были привезены с рынка, где ушлыми продавцами были нагло обозваны саженцами. Может, так оно и было. Но вот из-за них пришлось просыпаться так рано утром. Даже не утром, еще полноценная ночь на дворе.

Но когда-то и где-то Коля читал, что деревья, посаженные на рассвете, приживаются лучше и растут быстрее. Сам Шмелёв в агрономии ни ухом ни рылом и из всего сельского хозяйства хорошо знал только самогоноварение, поэтому к подсказке специалиста отнесся с уважением. К тому же в журнале была и фотография ученого — лысый, в очках и с бородой. Именно так и должна выглядеть настоящая интеллигенция.

Себя же Николай к интеллигентам не относил, несмотря на высшее образование, и вид имел соответствующий — ростом выше среднего (сантиметров на двадцать пять), в плечах примерно половину того, временами добрые глаза и чуть рыжеватые усы. Да еще кулак потомственного кузнеца размером с пивную кружку.

В приоткрытую балконную дверь с кухни потянуло чем-то очень вкусным — у плиты уже колдовала жена. Коля просунул нос чуть не на средину кухни. Это не нос такой большой, просто квартира маленькая:

— Что у нас на завтрак?

— А на завтрак у нас блины.

— Опять?

— А что, не нравятся? Тогда сам себе готовь, — парировала замечание дорогая супруга.

— Это с какой стати? — удивился Николай. — А зачем я тогда вообще на тебе женился?

— Не знаю про женитьбу, а вот твоя самодеятельность мне не нравится!

— Что значит — самодеятельность?

— То и значит. Все сам да сам стараешься делать. Аж перед соседями неудобно. Ну что ты за бизнесмен такой, весь в стружках да цементе? Все нормальные люди давно бы уже бригаду молдаван наняли.

Коля хмыкнул в усы:

— Вот ты про что. Ну, я же не виноват, что у меня руки из правильного места растут в отличие от тех же соседей. Десять лет работы в кузнице бесследно не проходят.

Татьяна только вздохнула.

— И опять пешком?

— Да пусть «Пчелка» отдохнет хоть в выходные. Совсем загоняли бедолагу. К тому же по дороге пива куплю. И потом, полтора километра просто в удовольствие пешком прогуляться.

— И саженцы пешком понесешь? Вон сосед даже за хлебом на внедорожнике едет.

— И это хорошо? Тем более его задницу, кроме как на полном приводе, и не увезешь!

— Да что тебе его задница? Лучше в зеркало на себя посмотри. Длинный, тощий, смотреть страшно.

Коля бросил взгляд в пыльное зеркало, зачем-то вместо помойки вынесенное на балкон. Изображение критически оглядело хозяина, но не отвернулось. Вполне приличный вид! Разве что слегка худощавое лицо. Но кто сказал, что для красоты щеки должны на грудь свисать?

Но без ответа критику, тем более несправедливую, оставлять не стоит.