НФ: Альманах научной фантастики. Выпуск 30

Начнем с Демокрита.

Этот древнегреческий материалист высказал мысль, которая пронзила двадцать четыре столетия человеческой истории и дошла до наших дней, ничуть не потеряв своей справедливости.

«Хорошими люди становятся больше от упражнения, чем от природы».

Точная максима, но рецептом ее не назовешь. Что понимать под «упражнением»? Труднейший вопрос. Человечество решает его не первое тысячелетие.

Вся система воспитания молодого поколения — это упражнение, имеющее целью взращивание хороших людей.

Вся наука этики — это то же самое упражнение.

И все науки вообще. И все искусство.

И в частности, вся художественная литература.

И конечно, научная фантастика служит тому же упражнению. Ибо писатели-фантасты — по крайней мере лучшие из них — пишут не о космосе, не о роботах, не о машинах времени (как кажется на первый взгляд), а о людях. И как бы далеко в прошлое или будущее ни уносились их герои, фантасты всегда имеют в виду сегодняшний день. Единственный же смысл труда писателя, обращающегося в своем творчестве к людям сегодняшнего дня, заключается в стремлении помочь формированию гармонично развитой, общественно активной личности, сочетающей в себе духовное богатство, моральную чистоту и физическое совершенство.

Произведения фантастов, собранные в этом выпуске, объединены темой детства. Детства в широком смысле.

Детская фантастика и фантастика о детстве — разные вещи. Первая — о детях и предназначается для детей. Вторая — о людях любых возрастов и предназначена тоже для всех возрастов, но преимущественный ее адрес — взрослые, детство же — лишь непременный сюжетообразующий атрибут. Пример первой — «Девочка с Земли» К. Булычева. Пример второй — «Малыш» А. и Б. Стругацких, где на фоне детства встают проблемы недетские.

Повесть Александра Мирера «Главный полдень», составляющая ядро сборника, тяготеет к детской НФ литературе. В центре произведения два мальчика — Степан и Алексей. Дети как дети, при случае могут и напроказить, любопытны… Но вот они становятся свидетелями загадочных, тревожных событий. Именно детское любопытство, неистребимое свойство мальчишек совать свой нос везде и всюду помогает им раньше взрослых распознать грозную опасность, нависшую над Землей. Дети необыкновенно чутко реагируют на ложь, фальшь, обман, и неудивительно, что они первыми вступают в бой! Одно из достоинств повести — минимум допущений, минимум условности, предельная деталировка, привязка к нашей реальности создает тот самый «эффект достоверности», не всегда, к сожалению, присутствующий в НФ произведениях.

Главную мысль автора — против зла можно и нужно бороться, зло — победимо, каким бы оно ни выглядело всесильным, — доказывают своими поступками дети и взрослые в этой повести.

К повести А. Мирера сюжетно примыкает его же рассказ «Перелепи мое лицо».

«Распознавать благо и зло, иметь сознание долга — это не депо ребенка», — писал Жан Жак Руссо в романе-трактате «Эмиль, или О воспитании». А вот повесть и рассказ А. Мирера как раз отражают иную позицию — ту, на которой стоит советская педагогика. С раннего возраста прививать детям сознание долга, учить их распознавать благо и зло, и не только распознавать, но и защищать добро, а злу давать бой — в этом суть «упражнения» на тему воспитания.

О том, что такое воспитание и как его сделать правильным, идет разговор в рассказе Эрнеста Маринина «Искатели удовольствий». Но сначала — почему зашел этот разговор. Дело в том, что в рассказе автор, намеренно выбравший тему контакта двух цивилизаций (дорожку даже не протоптанную уже, а вытоптанную), сталкивает двух разумных существ, совершенно противоположных по жизненному багажу: земного школьного учителя и пришельца Кмыха, не знающего ни своих родителей, ни учителей, ни наставников (на планете Кмыха разумных выращивают в «выращаторах»). Противоположны и этические установки героев рассказа: пришелец ищет только удовольствий, он приучен лишь брать от жизни, земной человек — судя по всему, хороший педагог — смысл своего существования видит в том, чтобы давать: «Вот смысл моей жизни — делать других лучше, чем они были раньше». Такой итог подводит землянин откровенной полемике разумных.