Нейросеть

Омыв кисти рук, девушка машинально посмотрела на себя в зеркало, и замерла, вглядываясь в отражение. Она с трудом боролась с желанием выругаться самыми непристойными выражениями, какие только приходили на ум. Где та яркая красотка, что ловила восхищенные взгляды коллег? Ассиметричный боб в окрасе омбре, темного у корней и бордового к кончикам волос, обрамлял бледное осунувшееся лицо с запавшими глазами. Ее внешность была отличной иллюстрацией по запросу в поисковике – «как выглядит сотрудник года?»

Подставив ладони под поток теплого воздуха автосушилки, она зажмурилась от предвкушения. Завтра последний рабочий день перед отпуском. Священная пятница, завершающая марафон недосыпаний в полтора года длиной. Один сплошной опостылевший до тошноты день сурка. И почему она стала инженером-строителем? Когда пропустила нужный поворот и свернула на этот путь?

Словно подслушав ее мысли, «умный» браслет отозвался одиночным вибросигналом уведомления рабочего чата. Девушка вытянула стеклянную пластинку смартфона и прочла последнее сообщение.

– Да вы издеваетесь?! – вырвалось у нее.

В коридоре послышался торопливый стук каблучков секретарши, уходящей с работы, и разозленная девушка вернулась в свой отдел.

– Без пяти восемь, – протянул Михаил и встал, потягиваясь.

– Ника, тебе тоже пришло? – над мониторами появилось голова Иры с жвачно-розовыми косами. Ее покрасневшие глаза изучали коллегу.

Вероника кивнула, а затем повернула голову к панорамным окнам, тянущимся во всю стену почти пустого коворкинга, через которые вливался предзакатный свет.

– Идемте, – вздохнула девушка.

Троица поплелась к кабинету руководителя проекта, на ходу обсуждая возможные причины собрания. Их шаги и звуки разговора отдавались звонким эхом в стеклянных стенках перегородок, разделяющих отделы и коридор. В некоторых ячейках еще горел свет, но два отдела были полностью погружены во мрак. Вероника не удержалась и заглянула в один из них. Все выглядело как и в тот злополучный день, когда люди просто встали, вышли и не вернулись.

Обесточенные мониторы чернели стройными рядами черных изогнутых прямоугольников и только датчик пожарной сигнализации дежурно мигал в темноте, будто отсчитывая, через сколько эта печальная участь постигнет другие отделы.

Вот и нужная дверь, гостеприимно распахнутая перед троицей.

Вероника постучала по пластиковому наличнику и уточнила: – Игорь Павлович, можно войти?

– Да, входите все.

Нажатием кнопки руководитель опустил плоскости мониторов, плавно уехавших внутрь столешницы и повернулся к ним.

– Садитесь.

Троица не заставила себя ждать и они разместились вдоль длинной стороны т-образного стола.

– Не буду тянуть, – он вгляделся в их напряженные лица, – смежники нас подставили. Проект идет на повторную экспертизу раньше срока. Сами знаете, нам нужно «сбить» объект и отдать данные нейронкам, а они сформируют сметы для экспертизы. Наш дедлайн к пятнице на следующей неделе. Дружно прощаемся с выходными. Отгулы получите после сдачи. Решите заранее кто из вас пойдет в какой день, чтобы всегда работало не меньше двух инженеров. Вопросы?

– Отпуск тоже накрылся? – мрачно осведомилась Вероника.

Начальство молча кивнуло.

– К нашей команде присоединятся два техника из Челябинска. Они освободились после закрытия регионального объекта. Если все понятно, то занимайте свои места на галере согласно купленным билетам и гребем дальше.

Игорь Павлович раздраженно щелкнул по кнопке, поднимая мониторы обратно. Как-то запоздало к нему пришло понимание, что и его выходные будут проведены в этой стеклянной высотке безысходности, на шестидесятом этаже отчаяния. Добро пожаловать в Сити, бро. В город несбывшихся надежд и квартал профессионального убийцы личной жизни. Если ты находишь запах и вкус сублимированного синтокофе приятным, то держи пропуск в клуб неизлечимых трудоголиков. Welcome to Moscow!

Полтора года без отпуска! Шикарно! – тем временем думала Вероника. Что она может сделать? Что они все могут сделать? Уволиться? У нее самой и Иры ипотеки, а Михаил купил себе спортивную тачку. Не важно, что он может на ней гонять только в мечтах, стоя в очередной бесконечной пробке. Он скорее продаст почку, чем спустится в метро. Коренной москвич, блин.

Сколько себя помнила, девушка боялась лишиться работы. Ей не приносило ни капли удовольствия заниматься строительством и реконструкцией, но выбор сильно ограничивался все более продвинутыми нейросетями. Сметчики, бухгалтера, водители… Когда настанет наш черед? Вагон метро качнулся и она ухватилась за поручень. Кстати, поездом тоже управляет бездушный робот.

И ради чего это все? Чтобы умереть в одиночестве в тесной квартирке, потому что не успела завести семью. Зато ипотеку выплатила, ага. Занимательный челлендж длинною в жизнь.