Невольник. Том 1-2

Пролог

Земля. 2034 год.

— Товарищ генерал, это действительно может спасти жизнь моему сыну? — высокая седовласая женщина, несмотря на возраст сохранившая свою природную красоту, с тревогой в глазах смотрела на офицера.

— Нина Ивановна, мы использовали все доступные возможности, чтобы ваш сын мог жить. Лейтенант Фролов — истинный сын своего отечества, герой. А в нашей стране принято чтить героев.

— Но почему я впервые слышу об этом хри… Крио? — женщина не скрывала своего волнения. Ещё бы, на кону стояла жизнь единственного сына.

— Разработка капсул для криосна — новейшая передовая технология, совсем недавно прошедшая полные испытания и принятая на вооружение космических сил Российской Федерации. Благодаря этой разработке, погружённый в криосон человек практически не поддаётся старению, а все процессы в его теле замедляются в тысячи раз. Данная технология создавалась специально для освоения дальнего космоса, но в процессе разработки мы нашли ещё одно применение новой технологии. Понимаете, Нина Ивановна, наша медицина сейчас в состоянии лишь поддерживать жизнь Андрея, но не восстановить те повреждения, что он получил при взрыве. Благодаря криосну, он сможет без каких-либо последствий дождаться, когда наши учёные научатся…

— Как долго, товарищ генерал? — перебила офицера дама. — Сколько мой сын пробудет в этой ледяной коробке?

— По предварительному прогнозу, полтора-два года, не больше. В наше время развитию медицины уделяется гораздо больше внимания, чем десять лет назад, а уж нейрохирургии тем более. Думаю, мы очень скоро вернём вашего сына к полноценной жизни. Ещё внуков понянчить успеете.

Фролова, как единственный родственник пострадавшего, после долгих уговоров всё же дала согласие на погружение лейтенанта в криосон. Затем, внимательно изучив все сопутствующие документы, поставила в нужных местах подписи и наконец покинула кабинет. Выждав, когда стук каблуков за дверью удалится, генерал-майор Пафнутьев достал из сейфа початую бутылку коньяка и уселся за письменный стол. Щедро плеснув янтарной жидкости в гранёный стакан, он сделал пару больших глотков. Вновь налил и, тяжело поднявшись с кресла, направился к большому панорамному окну. Окинув уставшим взглядом вечерний город с высоты девятнадцатого этажа, генерал тихо произнёс:

— Вот такие дела, лейтенант. Надеюсь, ты ещё увидишь свет солнца. Очень надеюсь.

Ни он, ни кто-либо ещё на планете не знал, что совсем скоро Землю ждут большие изменения. И эти изменения мало кому понравятся…

Время и место действия неизвестны.

— Заключённый номер сто пять тысяч, бета, седьмой, ответьте! — словно сквозь туман, бубнил женский голос. Был он каким-то искусственным, и поэтому мой разум не пожелал на него как-то реагировать. Вот только электронная бубнилка, судя по всему, затыкаться не собиралась. Бесит! Пришлось распахнуть глаза и… И увидеть прямо перед собой, в нескольких сантиметрах от лица, стеклянный, прозрачный купол из толстого стекла, за которым довольно быстро проплывали звёзды. Звёзды? В рот мне ноги, где я?!

— Заключённый номер сто пять тысяч, бета, седьмой, ответьте!

— Кто ты, мать твою? — собственный голос, прозвучавший в замкнутом пространстве, показался мне чужим. А тут ещё в голове гул, во рту кака, словно мыши наг… Тьфу, какие мерзкие мысли.

— Я синтетический искин первого поколения, пилот капсулы. Моё предназначение — доставить заключённого в зону А-один.

— Пилот? Что ещё за зона такая, и почему ты называешь меня заключённым? — до меня только дошло, что слова продираются сквозь горло крупной наждачкой. Сильно хотелось пить.

— Заключённый номер сто пять тысяч, бета, седьмой, согласно решению суда, вы осуждены за уничтожение активов корпорации «Аурум» в особо крупных размерах. Приговор — пожизненная отработка в зоне А-один.

Всё, что говорил персональный наставник, я слушал вполуха, а сам, отогнав мысли о холодной, чистой, вкусной воде… А, чёрт! В общем, пытался понять, где нахожусь и почему не могу пошевелить своим телом, жёстко заблокированным в этой, мать её, консервной банке с видом на…

Когда до меня наконец дошло, что я нахожусь не в лодке, стоящей на озере под ночным небом, и что голос говорит правду, в голове словно щёлкнуло. Я, чтоб мне сдохнуть, нёсся в открытом космосе, стремительно приближаясь к какому-то сиренево-розовому облаку, занимающему приличную часть видимого сквозь стекло пространства. Попытался посмотреть влево, но, увы, голова, как и всё тело, была жёстко зафиксирована. Единственное, что я мог, — это говорить и вращать глазами. В голове мелькнула мысль — хорошо зафиксированная женщина в предварительных ласках… Да ну нахрен!

— Так, давай разбираться, чудо враждебной электроники. Что ещё за зона такая? — чтобы задушить подступающую панику, перевёл своё внимание на помощника. В голове при этом вертелась спасительная мысль — вдруг это какой-то дурацкий розыгрыш. Есть же 7D кинотеатры, с полным эффектом присутствия.