Невинность за свободу

– Если будешь умницей, то сможешь обеспечить себя тёплым местечком, – бросил доктор Джей, пока мы ехали в большой чёрной машине к дому его брата.

– Спасибо, – пискнула я.

– Я же говорил: голос тебя выдаст, лучше помалкивай. Может, давай я скажу Эйдену, что ты немая, а?

Я неуверенно покачала головой. Мало мне и без того теперь притворства, чтобы ещё следить за тем, чтобы случайно ничего не ляпнуть.

– Если честно… я так и не поняла, зачем мне изображать из себя… парня? – мямлила я, утопая в огромном кожаном сиденье.

– Это ты начала: мои братья же с чего-то решили, что прихватили с собой мальчишку из той деревушки, – мужчина пожал плечами. – Я лишь предложил оставить все как есть.

Весьма настойчиво предложил, к слову. Хотя, это было его единственным условием, а в обмен я получила возможность обрести кров и работу.

– Я не специально, – пробормотала я. – Они сами так решили…

– Это уже не имеет никакого значения, – доктор равнодушно махнул рукой.

Конечно, это же не он за последний месяц сменил маленькую деревушку староверов на гигантский мегаполис; привычное, хотя и не очень дружелюбное окружение, на огромный мир незнакомых людей, где даже в толпе – я одна. А теперь пришлось сменить ещё и пол. Условно, конечно. Но все же…

– Но почему вы помогаете мне? – наконец я решилась задать, мучавший меня последние дни вопрос.

– Не тебе, – коротко ответил доктор Джей.

– Своему брату, – кивнула я понимающе, и поправила безразмерную кофту, которую мне одолжил мужчина.

Он окинул меня странным взглядом:

– Скорее себе, – холодно ухмыльнулся. – Мне надоело слушать его нытьё о том, что ему нужен слуга, а подсунув тебя, я смогу ещё и поразвлечься.

– По-вашему: девушка одетая, как парень – это забавно? – какие-то странные шуточки у них тут в большом мире.

– Ты просто не понимаешь, о чем идёт речь… – задумчиво пробормотал он. – У тебя ведь с моим братом что-то было, пока он был в твоей деревне?

Я нервно съёжилась, и в ужасе уставилась на доктора.

Откуда ему известно? Я даже думать об этом боялась, не то, чтобы кому-то рассказывать, а тот мистер и вовсе не узнал меня после всего, что произошло. Так как же…

– Не удивляйся так, – безэмоционально хохотнул мужчина, – зачастую я знаю больше, чем мне того хотелось бы. И самое забавное, что брат сам впустил меня в свою голову, и теперь: я знаю о том, что между вами было, а Эйден нет! – победоносно заключил он.

Несёт какую-то чепуху, а радуется, словно корову выиграл. Что ему с этого знания-то?

Все же странные тут люди…

– Хочу понаблюдать, как долго он сможет противиться естественному притяжению, – продолжил доктор, будто говоря сам с собой. – Ты для него теперь особенная: сладчайший нектар, зависимость, от которой невозможно отказаться, – сказал это будто со знанием дела: так, словно и сам имел подобную зависимость. – Однако мне интересно, каковы границы этого притяжения. Можно ли ему противостоять? – а теперь, похоже, разозлился. – Если мой гомофобный братец, устоит перед инстинктивным соблазном, всего лишь из-за того, что обертка для него неприемлема, значит и у меня есть шансы…

– К-какой братец? – выхватила я из его речи, пытаясь подобрать определение этому слову, хотя, если быть честной, не поняла и половины его бормотания.

– Не важно, – отмахнулся он. – Относись к этому как к эксперименту. Я ведь профессор, – он усмехнулся. – Считай, что помогаешь мне провести опыт, чем внесёшь неоценимый вклад в науку.

– Но с чего вы взяли, что я для него… – сглотнула ком, стараясь не выдавать волнения в голосе, – особенная.

– О, моя милая, боюсь, ты могла неправильно меня понять. Особенная не в том плане, что он жениться на тебе соберётся или… что у вас там в деревне принято после секса.

– Вообще-то до…

– Более того, – продолжил он, игнорируя мое замечание. – Не рассчитывай на его доброе отношение, всего лишь потому, что у вас что-то было. Не всем нам, знаешь ли, по душе привязанности. Не хочу тебя расстраивать, но вполне вероятно, когда он осознает свою тягу к тебе, то может ожесточиться, стать грубым, а возможно даже опасным для тебя.

– Мне не привыкать, – буркнула я, раздумывая о том, какую ещё тягу я могу вызвать у мужчины при таком-то маскараде.

– Однако не забывай о нашей договоренности: ни при каких обстоятельствах ты не должна раскрывать себя. Если только он сам, не удержавшись, не сорвёт с тебя вдруг одежду, и…

– Вы не ответили на вопрос, – неосознанно прикрывшись руками, перебила я доктора, на губах которого заиграла далеко не дружелюбная ухмылка.

Мое лицо ошпарило смущением, и я приложила прохладные пальцы, едва виднеющиеся из-под длинных рукавов, к щекам.

– Ты о чем? А, особенная… – рассеяно вернулся он к первоначальной теме разговора. – Это сложно объяснить смертной, да и ни к чему тебе эти подробности. Скажем так… я и мои братья – не самые обычные люди. Поэтому, даже если однажды увидишь что-нибудь странное в доме Эйдена, держи рот на замке.