Невеста смерти

Linda Lafferty

The Bloodletter’s Daughter

© Самуйлов С. Н., перевод на русский язык, 2014

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Э», 2016

Во-первых и прежде всего – глубочайшая благодарность моему мужу, писателю и редактору, Энди Стоуну. За двадцать семь лет он, равно как и я, пережил немало душевных мук в связи с отказами издательств. «Просто продолжай писать, – сказал он. – Писатель пишет».

Энди, мой «пробирный камень», научил меня писать хорошо, заставляя работать все больше и больше… привил мне любовь к искусству и моим романам, как изданным, так и неопубликованным. Данная книга – результат этой любви.

Моим родителям, Фреду и Бетти Лафферти, которые привили своим детям любовь к книгам в нежном возрасте, в результате чего вся наша семья теперь читает книги.

За время написания этого романа мною, и не только, была проделана огромная научно-исследовательская работа. Я бы хотела поблагодарить переводчиков и чешских друзей, предложивших мне помощь. Спасибо, Зузана Петрашкова, Иржи Вацлавичек и Мирка Гамарра. Спасибо Якобу Рипплу, принимавшему меня в пражском «Дум у Вельке Боты» с безграничным чешским радушием.

Сценарист Владимир Войирж помог мне достать DVD с его документальным фильмом для чешского телевидения, иллюстрирующим историю дона Юлия и Маркеты Пихлеровой. Спасибо ему и чешскому телевидению за этот ценный источник.

Ключевым моментом для меня как для писателя стал тот день, когда я смогла подержать в руках «Книгу Чудес» – Манускрипт Войнича. Огромная признательность за эту возможность Марте Флаг, Йельскому университету в целом и его президенту Ричарду Левину – в частности. Библиотека редких книг и рукописей Бейнеке – это нечто волшебное!

Спасибо Норе Феллер из «NoraFeller.com» за необычные авторские портреты. Моя белая швейцарская овчарка, Роско, лижет вам щеку, хотите вы этого или нет.

Написание книги – процесс уединенный, но некоторые из моих друзей оказали мне в этом жизненно необходимую поддержку. Спасибо тебе, Нэнси-Элиша, моя любимая сестра, прочитавшая все, что когда-либо было мною написано, до последнего слова. Ее вера и любовь к моим книгам вели меня сквозь самые мрачные часы на протяжении почти тридцати лет.

Другие дорогие друзья и читатели: Сара Кеннеди Флаг, Энн Фитцгиббон Шустерман, Люсия Каретто, Джуди Шарп и Элизабет Хаас Уайт. Спасибо вам, дорогие, за поддержку в эти годы.

Спасибо:

Кэролайн Ливит, которая ворвалась в мою жизнь и помогла мне удержаться, когда меня сокрушила издательская индустрия. Кэролайн, ты – талантливый автор и необыкновенный человек. Да благословит тебя Бог!

Дэвиду Форреру, работавшему со мной над ранними версиями этой книги.

Моему редактору, Мелоди Гай, направлявшей меня мягкой, дружеской рукой. Мне понравилось работать с ней. Я доверяла ее суждениям абсолютно и старалась отвечать ее ожиданиям. Спасибо, Мелоди.

Джессике Фогльман, давшей исчерпывающую экспертную оценку на стадии рецензирования.

Моему директору по рекламе и маркетингу Даниэле Маршалл.

Сотрудникам литературного агентства «Гельфман Шнайдер», помогавшим по всем вопросам – Виктории Марини и Кэти Глисон.

Бетси Роббинс и всем в «Кертис Браун транслейшн».

Отдельное спасибо писательской организации Аспена и исполнительному директору Лизе Консильо. Не зря я тридцать лет посещала летнюю писательскую конференцию! Там прекрасные июньские мастерские и талантливые авторы, которые всегда делятся своим опытом и умениями.

Браво – арт-отделу «Амазона». Вы просто ослепили меня дизайном обложек.

Спасибо моему редактору, Линдси Газзардо, твердо верившей в «Дочь цирюльника». Ты – крестная мать этой книги. Спасибо за твою веру и упорство. «Амазон паблишнг» – вы выпустили книгу в свет. Спасибо за риск.

И, наконец, моему блистательному агенту, Деборе Шнайдер, которая взяла меня после восемнадцатилетнего отсутствия и приютила сразу три книги. Chai, Дебора, Chai!

В феврале 1599 года снега в Праге не было – только ледяные дожди и жестокие холода, пробиравшие до костей всю Богемию. От густых саксонских лесов у Дрездена до темных холмов Шумавы севернее Вены, от целебных вод Карловых Вар на западе до сырых, поросших соснами гор вдоль польской границы на востоке холодные зимние дожди откладывались в скрипучих суставах и порождали меланхолическое настроение, и измученным, извозившимся в грязи богемцам оставалось только вздыхать по свежему белому снегу.