Невеста с огоньком, или Герцог с дымком

– Леди Эль, прячьтесь! – испуганно пискнула Мэйв.

Передо мной появились серые носы чьих-то припыленных сапог, и я спешно ушла под воду.

Запуталась в гибких стеблях озерной нимфейры, тянувшейся корнями к мутному дну. Рванула локтем сеть из липких листьев, в которую угодила. Колени неприятно обволокло мокрой тканью, и воздуха в груди стало не хватать.

Я чувствовала, как в панике греются ладони, как с пальцев пытаются сорваться искры. Но в этой стихии я была беззащитна. Леди Беатрис, которую столь сильно тяготило мое «огненное» присутствие и долги Тарвов, стоило взять сей грустный факт на вооружение!

Плотно сжимая губы, я наконец вырвалась из растительной ловушки. Проплыла еще немного и, задыхаясь, вынырнула у самого края леса. Здесь берег был неровным, заросшим диким вьюном и усыпанным мелкими серыми камешками.

Отплевавшись от тины, я выглянула из-за кустов. Поискала глазами платье, в котором бесстыдно жарким утром покидала графское имение.

Бездна! Их тут целый отряд! Словно половина безлюдного Ташера решила выступить с войной на Эшер. Прямо сегодня, в несносное пекло середины лета. Истинно сумасшедшие северяне.

Отсюда, от кромки Тарвского леса, начинались земли Экарте. И это вполне можно было счесть за вторжение, если бы вояки оделись по погоде. А так, видит Варх, они под своими плащами помрут задолго до того, как доберутся до главных ворот.

– Браксаард, дай кувшин, – проревел один из воинов, скидывая на траву плотный кожаный жилет. – Священные граксовы подмышки, эшерская жара меня добьет!

– Со дня на день в Ташере зима наступит, третья Великая ночь на носу… Вот тогда я и послушаю твои жалобы, – пожилой воин, в чьих волосах седины было больше, чем рыжины, передал кувшин соседу.

– Самое время насладиться последними летними деньками, Марибо… Да еще в какой приятной компании, – громко заржал детина с белой косой на затылке. Пот бурной речкой струился по его лбу.

«Приятная компания», в которую тыкал пальцем молодой вояка, представляла собой пятерых юных прислужниц графства Экарте. Девушки жались друг к другу, перепуганно глядя на мужчин и опасаясь показаться из воды всем, что ниже подбородка. Одежда осталась на берегу, а мокрые сорочки из тонкого сафлота оставляли слишком мало простора для фантазий.

– Вон та пышка явно на кухне работает! – продолжал потешаться молодой воин, вытаскивая из штанов потную рубашку. – Скрасьте наш досуг своим прекрасным…

– Леонтин, не пугай девиц, – к краю берега подошел еще один светловолосый северянин. – Не видишь? Белые уже, как макушки ташерских гор.

– Мы гнали лошадей пять ночей, объехали три графства в поисках граксовой девчонки… Хочешь сказать, мы не заслужили немного отдыха?

Их было человек восемь, все в походной воинской форме. Пыльные, грязные и нахальные!

Мы с подругами не увидели их приближения, не успели выбраться на берег. Хвала Мэйв, она быстро отпихнула меня в заросли нимфейры, прошептав, что «леди Эль никак нельзя гулять в сорочке перед потными северянами».

– Сир Нетфорд, пойдете с нами окунуться? Глядите, сколько прелестниц! – крикнул Леонтин, освобождая тело от налипшей ткани.

– Я составлю компанию Айку, – сухо прохрипел кто-то совсем рядом с моими кустами.

– Думаете, он успел по вам соскучиться, сир? – с ехидным недоверием протянул детина.

– Привал один час, потом выступаем. Мы обязаны успеть до снега.

И какой зимы боялись воины на разломе душного лета?

До ближайших холодов – многие месяцы. А мои двоюродные сестры уже изнывают, прячась от жары в подземных переходах графства, в ажурной тени садов и в замковых библиотеках. Раз в час принимая ванны со льдом и вливая в себя кувшины холодного альта-цитронового чая. Купаться в Тарвском озере с прислугой выше их достоинства.

Но для меня это самая привычная компания. Прозорливая Мэйв, камеристка леди Беатрис и ее дочерей, пугливая Трисси, дочь нашего конюха, полненькая Фанни, помощница кухарки… В их простом шумном обществе я почти забываю о своих несчастьях.

Детина игриво помахал в воздухе голубым платьем с легкомысленными кружевными рукавами. Моим. И я с тихим стоном отступила в лес, прощаясь с одеждой.

Вода с меня стекала ручьями, капли набегали друг на друга и собирались на кончиках пальцев. Горячий эшерский воздух распирал грудь, но сорочка не спешила обсыхать на теле. А помогать ей было рискованно: так можно весь лес спалить.

Голые пятки умудрились собрать все колючки, какие нашлись на пути. Ойкая и покусывая губы, я отыскала тропу. Сюда мы добирались пешком, делая привалы на полях, собирая венки из цветов и колосьев, отхлебывая охлаждающий сбор из заговоренного термоса Фанни… И еще при нас была обувь, да.

– Фрр! – с возмущенным фырканьем проход к тропе преградил конь. С черными-черными глазами, глядящими недружелюбно, и с такой же темной шерстью.