Невеста моего отца, или Останемся врагами

Глава 1

Помпезное здание ресторана украшено яркими розами, хрупкими незабудками и пионами винного цвета. И я не знаю, от чего именно у меня кружится голова: от терпкого цветочного запаха, духоты или от нескольких глотков белого вина, которое принес для меня Джонатан, перед тем как пошел встречать сына. 

- Это оглушительный успех, Лавиния! - широко улыбаясь, ко мне подходит Роберт Стоун. - Ты отыграла свою роль невероятно. Превосходно, Лавиния. Я могу только восхищаться, других слов пока не нахожу. 

Не помню, чтобы я разрешала называть себя по имени, но киваю мужчине. Благодарно улыбаюсь в ответ: 

- Спасибо большое. Но думаю, успех картины - заслуга команды. Мне очень повезло со съёмочной группой! И особенно с режиссёром, мистером Кейджем, и… - снова улыбка. На этот раз мечтательная и специально для пристроившихся рядом журналиста и фотографа. Весь сегодняшний вечер пресса следовала за мной буквально по пятам. Каждому хотелось написать статью о "восходящей звезде Голливуда", узнать как можно больше новой информации. А еще более старательно они пытались поймать меня на чем-нибудь "горяченьком". Что поднимет рейтинг журнала лучше, чем сплетни и скандалы? 

- И Джоном, конечно, - завершает за меня Стоун. - Да, не каждой начинающей актрисе выпадает шанс сыграть первую главную роль с именитым актером. Но давай будем откровенны: ты очень талантлива, Лавиния. Я отметил это сразу, едва увидел тебя. 

Еле удержалась от усмешки. Конечно, мистер Стоун, вы увидели во мне талант. Поэтому и отказались брать меня даже на второстепенную роль в своем фильме. Но конечно, я уже понимаю, куда движется разговор. Роберт однозначно предложит мне работу. Но хочу ли я теперь у него сниматься? Нет. Да и не могу в ближайшие пару лет. 

- Так о чем я? - мой внезапный собеседник достает из кармана пиджака платок, смахивает несуществующий пот с блестящего лба, платно переходящего в не менее сверкающую лысину. - В наше время талант - это большая редкость, милая Лавиния, потому ему надо дать развиться. Алмаз и бриллиант одно и то же, но цена у них разная. Знаешь ведь, почему? 

- Дело в огранке, - отвечаю я и оглядываюсь в поисках Джонатана. Из груди вырывается выдох, полный облегчения, едва замечаю его у парадного входа. Причем одного. Мне становится немного легче. 

Может, он все же решил не прийти? Снова тренировки перед решающим турниром? Снова финал какого-то кубка? 

"Кубка Колдера*", - проносится в мыслях. Потому что… Я знаю хоккей, наверное, даже лучше, чем сценарии фильмов и сериалов, где я снималась. И поэтому же отметаю эту версию сразу: сезон АХЛ этого года начнется лишь осенью. 

- Вот именно, дорогая Лавиния. И я хочу принять непосредственное участие в огранке твоего таланта. У меня новый проект… 

Пока я думаю, как мягко отказать мужчине, возвращается Джон. Мягко обнимает за талию и шутливо ворчит Стоуну: 

- Не могу оставить ее даже на пять минут, Роб, представляешь? Лави сразу же собирает вокруг себя толпу мужчин, - качает головой и оставляет легкий поцелуй на моем виске. 

- Кто бы говорил, - подхватываю я. - Роберт, моя толпа - это всего лишь заинтересованные во мне рекламодатели и пресса, а Джо почти каждая встречная женщина пытается отвоевать у меня. 

- Не волнуйтесь, на вас я не претендую, а на ваше время еще как, - смеется режиссёр. Кладет платок обратно в карман и на этот раз вытаскивает темную прямоугольную карточку. Протягивает мне. - Подумай о моих словах, милая. Мой номер. Буду ждать звонка. 

Я заверяю, что обязательно  подумаю, а как только мужчина отходит, засовываю визитку в руки Джо. 

- Не хочешь новую огранку? - серьёзным тоном спрашивает Джон, убирая кусок матового картона в портмоне. - Ничего, я сам не прочь обновить форму. Как старина Роб отшлифует, так я тебя брошу. 

Джонатан Хилл не зря самый востребованный актер нашего времени, потому что он произносит даже самые абсурдные предложения так, что любой может принять за чистую монету.  И я бы сама усомнилась, если бы не его глаза. Голубые, яркие. На их дне искрились едва заметные смешинки. 

У него глаза отца. Разве что взгляд глубже, темнее. Морская бездна, на которую даже смотреть опасно. Утянет в водоворот. Безвозвратно. 

- Не смешно, между прочим. Я не могу дать твердый отказ, но и сниматься тоже не могу, сам знаешь, - я насупилась. Выпуталась из объятий мужчины и обхватила свои плечи руками. Если до этого я задыхалась, то сейчас по спине прошел озноб. Может, простыла? 

- Знаю, - легко пожал плечами Джо. - Я разберусь, Лави, не волнуйся. Лучше идем знакомиться с моим оболтусом. Явился, наконец. 

А я будто попала в кино. Вот так. Стала одной из героинь многочисленных кинокартин, потому что время замедлило свой ход. А судьба, откровенно издеваясь, добавила в мой фильм побольше слоу-мо* эффектов. Как в замедленной съемке, я дослушала Джо и заторможенно повернулась назад. 

Нет, я не простыла. Просто в его взгляде теперь не пылает, как когда-то давно, океан, а трещат льды Антарктиды.