Невеста для принца-данвиморта (СИ)

От автора

Здравствуйте, мои дорогие, самые лучшие на свете читатели!

Эта история является продолжением книги «В чужом теле». Её можно читать как самостоятельное произведение, но, чтобы было проще разобраться во всех хитросплетениях, советую всё же прочесть первую часть. Так вам будут более понятны поступки персонажей.

Желаю приятного прочтения!

С любовью, ваша Нита.

Сола́ра

Узнав, что у папы интрижка на стороне, я почувствовала, что мой прежний мир рухнул. Случайно увидев как он выходит их гостиницы с какой-то девицей, хотела вцепиться ей в волосы. Но отец вовремя усадил её в карету и следом запрыгнул сам. Потом решила всё рассказать маме, к счастью передумала: хватит того, что мне больно. А вот в скандале себе отказать не смогла. Не стала ждать пока отец вернётся домой, отправилась к нему на работу.

Ворвалась разъярённой фурией во дворец, где он служил советником не наследного принца, и устроила скандал с рукоприкладством. Кричала, плакала и лупила отца кулаками по груди, к которой он меня пытался прижать, успокаивая. Меня не вывели под белы рученьки только потому, что хорошо знали: я здесь практически выросла, так как отец нередко брал с собой на работу, а еще я дружила с дочерью короля и часто к ней наведывалась.

Некрасивую сцену разборок застал принц – младший брат короля. Взглядом выпроводив отца из кабинета, помог мне успокоиться. Пока он меня обнимал, вытирал слезы, и что-то говорил, я таяла.

Для меня Карт был не Королевским высочеством, не работодателем и лучшим другом отца, а мужчиной, который мне нравился с самого детства. Всегда серьезный, рассудительный, и временами даже суровый, со мной он был неизменно мягок и приветлив. При каждом визите к нам задаривал подарками, находил время поговорить и выслушать.

Когда была маленькой, принц не гнушался возить меня на спине, изображая лошадку. Часто был моей больной собакой, которую я пыталась накормить мокрым песком, утверждая, что это чудодейственное средство враз его поставит на ноги. А со временем стал «жилеткой», в которую всегда можно было поплакаться и выговориться.

Не знаю, как такое могло произойти, но в какой-то момент я разглядела в нем красивого мужчину, надежного и верного.

Откуда такая уверенность в том, что он верный? Да потому что за свои неполные восемнадцать лет я ни разу не видела его в отношениях с женщиной. Хотя они ему прохода не давали, вешаясь пачками. Но он мастерски всех отшивал, оставаясь завидным холостяком. Это импонировало.

Убедив себя в том, что он ждет свою единственную, я часто на эту тему мечтала, каждый раз представляя в роли этой единственной себя.

То, что он был ровесником моего отца, меня ничуть не смущало. Высшие маги живут до тысячи лет, и разница в какие-то двести лет с небольшим хвостиком, не такая уж и большая. Внешне двухсотлетние маги выглядели как тридцатилетние люди, и потому возрастной разрыв совершенно не мешал Карту быть в моих грёзах преданным и пылко влюбленным поклонником. На деле же он относился ко мне как к дочери, и ни разу не дал даже маленького намека на то, что видит во мне привлекательную девушку.

Меня это огорчало, и временами даже злило, но как изменить ситуацию я не знала. Поэтому довольствовалась тем, что имела. И сегодня пользовалась возможностью напропалую, рыдая у него на груди, и при этом старательно прижимаясь всем телом.

Нет, мне действительно было больно и обидно от того, что отец повел себя как безмозглый кобель. И я теперь не знала, как к нему относиться. Но близость Карта будоражила, даже несмотря на сильное смятение.

Пока я жаловалась на поведение изменщика, Картериан по-отечески похлопывал меня по спине. А я незаметно вдыхала его умопомрачительный запах, то и дело теряя от этого нить повествования.

- Сола, ты уже взрослая девушка, и должна понимать, что эта ситуация касается только твоих родителей. Не вмешивайся. Пусть сами разберутся.

- Ты думаешь, отец расскажет маме о своей интрижке? – я заглянула в притягательные черные глаза, казавшиеся еще чернее на фоне абсолютно белых волос, и чуть не задохнулась - сердце скакануло навстречу своей мечте, и перекрыло дыхание. Поспешно потупилась, испугавшись того, что могу выдать свои чувства. А ещё больше - реакции, которая последует. Ведь я для него всего лишь глупая девочка, почти дочь.

- Шарнель умная женщина, и я уверен, что она и так про неё знает. И если молчит, значит так надо. А с Марианом я поговорю, обещаю.

Вздохнула, кивнула, и положила голову на широкую грудь.

- Спасибо тебе. Ты всегда умеешь найти нужные слова.