Невеста для Карателя

Его спокойный изучающий взгляд, будто холодным лезвием ножа касался моей кожи. Я старалась держать весь свой страх и злость под жестким контролем, но с каждой новой минутой этот контроль давался мне всё трудней и трудней. Грудная клетка часто вздымалась от глубокого нервного дыхания. А он просто рассматривал меня и неторопливо выпускал дым сигары в потолок.

Свадебное платье вдруг неожиданно сдавило мне грудь. Хотя это было невозможно, потому что тончайший шелк и кружево никак не сковывали моих движений. Я себе это лишь придумала. Меня сейчас сдавливало не платье, а этот чертов взгляд. Такой уверенный и даже расслабленный. Он прекрасно знал, что я уже никуда от него не денусь. Ловушка захлопнулась. Нет, даже не ловушка, ведь его целью не было словить именно меня. Ему нужна та власть и поддержка, которую всё еще хранили остатки моего клана. Хотя, своим клан полный бандитов и головорезов, я никогда не считала.

Стащив с головы фату, я небрежно швырнула ее на кровать и тихо сглотнула. Из-за эмоционального перенапряжения воздух, будто комьями застревал в легких. Я сжимала и разжимала руки, пытаясь сохранить в себе остатки здравого смысла. Обручальное кольцо фантомной болью обволакивало мой безымянный палец. Когда я ехала на похороны своего деда, с которым не общалась много лет, то даже предположить не могла, что вскоре стану женой незнакомого мужчины. Всё, что я успела о нем узнать – это имя и дурацкую кличку, что вызвала в глубине моей души неподдельный страх. Каратель…

- Не трясись, - густой бас заставил меня вздрогнуть и встретиться взглядом с серыми глазами. – Лучше снимай этот маскарад, - Каратель указал на мое платье, - и ложись в постель. Теперь ты моя жена, Василиса. Первая брачная ночь неизбежна. Мы ведь не фиктивный брак заключили, - его тонкие губы искривились в насмешке, будто произнесенные слова были удачной шуткой.

Я быстро глянула на дверь, затем на окно. Оба эти варианта для побега не имели никакого смысла. Дверь – заперта, а расшибиться в лепешку мне что-то совсем не хотелось. Оставалось только одно – обороняться. Да разве это поможет? Каратель гораздо выше меня, да и шире. Что я могу ему сделать? Хотя, если попытаться дать в пах, то… Мысли путались, и я никак не могла собрать их воедино. Пыталась сопротивляться еще тогда, когда на меня напяливали это проклятое подвенечное платье, так хватило одного взгляда Карателя, чтобы я растратила весь свой пыл. Деваться некуда. Я одна на всём белом свете и заступиться за меня тоже некому.

- Что именно ты не поняла из моих слов? – мужчина затушил сигару и с лёгким прищуром посмотрел на меня.

Я ничего не ответила. Слова не желали складываться в предложения. Каратель резко поднялся с кресла, я дёрнулась и попятилась, пока не врезалась поясницей в прикроватную тумбочку. Теперь воздух не комьями собирался в лёгких, а колом застрял где-то в горле. Казалось, что Каратель физически ощущал мое смятение, только непонятно, какие именно чувства это в нем вызывало. На лице абсолютная непроницаемая маска, отчего становилось лишь страшней. Я должна что-то предпринять… Но что?

- Поздно трепыхаться, птичка, - Каратель вплотную подошел ко мне. Он не будет со мной носиться и уговаривать. Не тот это человек. – Теперь ты целиком и полностью моя, - большая горячая ладонь обхватила мои скулы. – Лучше раздевайся по-хорошему, - в серых глазах мелькнул опасный блеск.

Я прикусила внутреннюю часть щеки с такой силой, что на глаза мгновенно выступили слёзы. Образ Карателя поплыл акварелью, и я отчаянно захотела, чтобы он как можно быстрей растворился, словно утренний туман. Но ничего подобного, конечно же, не случилось.

Мужчина опустил ладонь ниже и сомкнул свои длинные горячие пальцы на моей шее. Я широко распахнула глаза, прогоняя прочь ненужные слёзы. Руки сами собой вцепились в твердое запястье Карателя. Он лишь едва заметно ухмыльнулся и склонился к моему уху.

- В кровать. Немедленно, - столько непреклонности и жёсткости ощущалось в густом басе моего мужа. Я скривилась от осознания, что этот незнакомец, настоящий бандит и явно деспот, теперь мой законный супруг.

Тяжелые удары сердца отдались пульсацией где-то в затылке, растекаясь горячими струями по всей черепной коробке. Мой страх, который уже давно вышел из-под контроля, приобрел какую-то новую извращенно-болезненную форму. Пальцы плотней сомкнулись на моем горле, искусно играясь с потоками воздуха, что теперь с ощутимым трудом попадал в легкие.

Злость породила во мне острую ярко-красную ненависть к этому мужчине. Я не могла больше позволять ему упиваться своей властью и осознанием, что я перед ним сейчас не иначе как загнанная в глухой угол, добыча.