Неверная жена

— Мамочка, а как дети появляются? — спрашивает сын, пока мы стоим в пробке на выезде из города. Сегодня пятница и жители решили, по всей видимости, впервые в этом году выбраться на дачи.

— Хм-м-м… — собираю в голове верный ответ.

Ну почему всегда так? Интуитивно ждала этого вопроса от Марка весь последний год. Всё-таки семь лет.

Смотрела подборки детских специалистов на эту тему. Изучала вопрос подробно и вкрадчиво, как умею. А сейчас ступор.

— Спроси у папы, — посылаю взгляд к мужу, который нервно перебирает пальцами по ободку руля.

— Па-а-ап, — тянет сын, переключая всё своё внимание на отца.

Лёша молчит.

Закатываю глаза и мысленно считаю до десяти и обратно, чтобы не взорваться прямо в машине. В последнее время моё состояние кричит о том, что надо бы нам снова отдохнуть друг от друга. Желательно на разных планетах. Хотя мы и так на разных планетах, даже находясь в одной машине. Если метафорически выражаться.

— Пап, — кричит Марк ещё раз.

— Что? — отвлекается муж от лобового стекла и недовольно разворачивается, сдвинув тёмные очки на нос.

— Как дети появляются?

Улыбаюсь и отвожу глаза от зеркала заднего вида, чтобы сын не заметил.

— Ну, хм-м… А ты уже у мамы спрашивал?

— Мимо, Свободин. — Ворчу, расправляя платье на коленях. — Я отправила его к тебе.

— Спасибо, дорогая, — цедит он сквозь зубы.

Он зол.

Просто в бешенстве.

Потому что вместо того, чтобы провести очередной пятничный вечер за игрой в покер, был вынужден забрать нас и везти домой. Покупая большой дом в элитном загородном посёлке, мы совсем не подумали о том, что он находится в популярном у дачников направлении.

— Ну так что? — не сдаётся сын. — Вы что не знаете, как дети появляются? А как я тогда родился?

Хочется тут же съязвить, мол, да, сынок. Мы уже и позабыли про это «дело». Ещё пара лет и тебе придётся самому мне рассказать об этом.

Терплю из последних сил, чтобы не вылить своё неуместное чувство юмора на мужа.

— Ну, — чешет бровь Свободин-старший. — Два взрослых человека встречаются. Влюбляются… Начинают жить вместе…

— И-и-и-и? — сын в предвкушении.

— Спят вместе, обнимаются… И у них рождается ребёнок!

— Браво, — шепчу под нос.

Автомобиль дёргается с места, но останавливается через три метра вновь. Затор из машин страшный. Жизнь словно подкидывает нам всё новые и новые испытания для проверки нервной системы друг друга. Уровень исходящего от мужа раздражения вырастает до предельной отметки.

Жду реакцию своего маленького почемучки на безумные откровения отца.

— Же-е-есть, — выдаёт он.

— Марк, — говорю строго. — Не выражайся.

— Я просто в шоке, мам!

— От чего? — еле сдерживаю смех.

Зная своего уникального сына, он сейчас может сказать всё что угодно. У него крайне подвижный мозг. И словарный запас на уровне.

— Я хотел брата вообще-то.

— Может, лучше новый набор «Лего»? — спрашивает его отец.

— Нет! У меня полная комната вашего «Лего». Я хотел брата! Но его не будет, как я понял.

— Откуда такой вывод? — Лёша сердито бросает взгляд на мою улыбку.

— Ну вы же не спите вместе. Значит, и ребёнок у нас не появится.

— Шах и мат тебе, Свободин, — говорю, разглядывая свеженький маникюр модного оливкового оттенка.

Мы разъехались по разным комнатам ещё полгода назад, после очередного грандиозного скандала. Потом помирились, но возвращаться в супружескую спальню я не стала. А муж не настаивал. Наши биологические часы не совпадают примерно также, как и мы сами последние несколько лет.

Украдкой смотрю на симпатичного мужчину в деловом костюме, которого я когда-то встретила в восемнадцать лет. Мы учились на одном потоке в институте. Молодые, довольные жизнью студенты. Бедные, но счастливые.

Что с нами стало сейчас? Почему я чувствую, что он совсем чужой?

— Вика, — начинает заводиться муж. — Ну почему? Почему надо было оставить машину у дома именно сегодня?

Пожимаю плечами, чтобы не отвечать.

— Ты ведь знаешь, что по пятницам я всегда играю в покер с друзьями.

«Поэтому и оставила», — думаю я про себя.

— Что ты молчишь? — яростно бьёт ладонями по рулю так, что я вздрагиваю. — Почему ты все время молчишь?

Прикрываю глаза. Голова начинает гудеть, и я растираю пальцами виски.

— Папа, — говорит строго сын с заднего кресла. — Не кричи на маму.

— Давай поучи ещё меня, да? — переключается на сына.

Нет, пожалуй, с меня хватит. Застёгиваю кожаную куртку, выправив из-под неё волосы, и подхватываю сумку:

— Сами доедем.

Выбираюсь из автомобиля и открываю сыну двери:

— Марк, выходи.

— Куда вы? На хрена тогда ты меня дёрнула?

— Свободен, Свободин, — шиплю ему на прощание, хлопнув дверью его любимого Мерседеса от всей души.

Обнимаю сына за хрупкие плечи и обхожу стоящие в соседнем ряду машины. Идём вдоль дороги до ближайшей остановки тридцать третьего маршрутного автобуса. На улице несмотря на конец апреля, припекает солнце.

— Мам, — спрашивает сын расстроенно. — Почему папа нас не любит?

Устало вздыхаю, сдерживая слезы.

— Любит, сынок. Просто папа устал.

И мама тоже…