Неудавшийся реванш. Белая эмиграция во Второй мировой войне

Термин «белая эмиграция» часто используют для обозначения общности людей, оказавшихся за пределами России в 1917-1920-е годы. То есть понятия «белая эмиграция» и «первая волна русской (или российской) эмиграции» преподносятся как равнозначные. На наш взгляд, это не совсем так. Эмиграция не была едина в отношении к революции; к прошлому, настоящему и будущему России. Даже тех, кто вел активную борьбу с большевистским режимом и вследствие этого был вынужден покинуть страну, не всегда можно причислить к категории белоэмигрантов. В военно-политическом противостоянии в России 1917-1920-х годов принимало участие множество партий и вооруженных структур. Они преследовали разные цели и отстаивали разные идеологические принципы. Генералы Русской Императорской Армии П. П. Скоропадский и К. Г. Маннергейм порвали со своим прошлым, и повели борьбу за независимость государств, возникших на территории бывшей Российской Империи. Скоропадский за независимость Украины, Маннергейм – Финляндии. Бывший подданный Российской Империи Ю. Пилсудский боролся за суверенитет Польши. Скоропадский оказался на положении эмигранта ввиду того, что Украина, в отличие от Финляндии и Польши, так и не стала независимым национальным государством. Маннергейма и Пилсудского к категории эмигрантов отнести невозможно – они стали крупными политическими деятелями своих стран. Цели С. В. Петлюры и Н. И. Махно, ставших эмигрантами, не имели ничего общего с целями Белого движения. Лишь с очень серьезными оговорками можно причислить к Белому движению Б. В. Савинкова. Многие представители социалистических и либеральных партий, оказавшиеся в конечном итоге за пределами России, в годы Гражданской войны считали для себя недопустимым участие в Белом движении. Для некоторых из них большевики были не столько врагами, сколько конкурентами. Другие, сотрудничавшие с Белым движением, позже сочли свой выбор ошибочным.

Определить общую программу Белого движения непросто. (В этом одна из важнейших причин его поражения в Гражданской войне). Легче идти от персоналий. Белое движение возглавляли военачальники Русской Императорской Армии, крупнейшие среди них: Л. Г. Корнилов, М. В. Алексеев, А. М. Каледин, А. И. Деникина, П. Н. Краснов, А. В. Колчак, Н. Н. Юденич, П. Н. Врангель, А. И. Дутов, Е. К. Миллер. Белое движение составляли люди признавшие за ними право говорить от имени России и принявшие участие в борьбе за установление, укрепление и расширение их власти. Участие в борьбе могло осуществляться: на фронтах, в составе регулярных войск; в партизанских отрядах, действовавших в тылу большевиков; в подполье на контролируемой большевиками территории. К Белому движению, бесспорно, относятся и штатские лица – сотрудники гражданской администрации на подконтрольных генералам территориях.

Белое движение было общностью мировоззренческой. Участников движения объединяло: Во-первых, ощущение себя гражданами (или подданными) России. Во-вторых, стремление восстановить законность, правопорядок, преемственность государственной власти, наконец, уклад жизни, нарушенные большевиками. В-третьих, осознание того, что вне зависимости от формы государственного устройства освобожденной от большевиков России, будущее правительство должно руководствоваться национальными интересами страны.

Мировоззренческой общностью явилась, соответственно, и белая эмиграция. К ней мы относим: Во-первых, участников Белого движения, за исключением тех, кто, в конце концов, стал считать власть большевиков законной. Во-вторых, тех людей, которые, в силу разных жизненных обстоятельств, не смогли принять активного участия в Белом движении, но разделяли его основные принципы. В-третьих, людей, вывезенных за рубеж в юном возрасте, или родившихся в эмигрантских семьях, сформировавшихся как личность за пределами России и осознающих для себя необходимость продолжать традиции Белого движения.

В конечном счете, для каждого человека, оказавшегося за пределами России, вопрос о том, является ли он белоэмигрантом, или нет, был вопросом самоощущения.

Понятия «русская эмиграция» и «российская эмиграция» в данной работе будут использоваться в зависимости от контекста. Национальная самоидентификация была весьма важным аспектом в жизни политически активных эмигрантов. Вопрос принадлежности к той или другой нации далеко не всегда был связан с этническим происхождением.