Несостоявшийся император Федор Алексеевич

В истории России трудно найти самодержца, о котором не только широкий читатель, но и специалисты-историки знали бы столь же мало, как о сыне Алексея Михайловича и старшем брате Петра I — царе Федоре (1676–1682). Дело не в том, что отсутствуют документы. Государственные архивы Российского государства за эти годы сохранились на удивление хорошо. «Не обидели» царствование Федора и современники — летописцы, авторы воспоминаний и придворные литераторы, иностранные путешественники и дипломаты, вездесущие (уже тогда!) газетчики.

И чиновникам, документировавшим государственную деятельность Федора Алексеевича, и свидетелям его царствования было о чем писать. Когда в результате ожесточенной придворной борьбы бояре возвели на престол законного наследника Алексея 15-летнего Федора, они убедились, что править из-за спины царя-марионетки не удастся. Образованный, энергичный и богобоязненный царь за несколько лет настолько преуспел в реформаторской деятельности и так напугал оппозицию, что обрек себя на дворцовый переворот и злое умолчание после кончины.

Понятно, что родичи и клевреты нового царя стремились «счистить» со страниц русской истории память о годах правления Федора, скрыть неудавшиеся заговоры и (особенно!) главный, удавшийся, который и привел к власти Петра I.

Самым горьким в истории царствования Федора Алексеевича было то, что именно старший брат начал реформы, которые позволили младшему из сыновей Алексея Тишайшего назвать себя Первым, Великим, Отцом Отечества и, наконец, Императором Всероссийским. Федор начал и успешно проводил преобразования, не заливая, как Петр I, страну кровью, не сокращая ее население почти на четверть, не низкопоклонствуя перед Западом, не отводя могучему государству роль сырьевого придатка Европы — и одновременно не пугая европейского обывателя образом страшного и непредсказуемого «русского медведя»…

Муза Истории Клио стыдлива и консервативна. Стыдлива потому, что наука, по своему содержанию издавна интересующая власть, имеет на совести немало грехов, главным из которых является обман читателя. Консервативна, ибо, по словам профессионального историка Анатоля Франса, «историки переписывают друг друга. Тем самым они избегают лишнего труда и обвинений в самонадеянности».

Царствование старшего брата Петра I дало прекрасный пример этих качеств русской и мировой историографии. Шестилетнее правление царя Федора Алексеевича предельно насыщено важнейшими для судеб России событиями и решениями. Тем не менее личность государя-реформатора веками оставалась «в тени» младшего брата, посаженного заговорщиками на его еще не остывший трон и реально добравшегося до кормила власти только в 1695 г.

Федор Алексеевич решительно вывел Россию из тяжелой и кровопролитной войны с Османской империей, а затем радикально реформировал армию, сделав ее на ⁴/₅ состава регулярной. Он осуществил общую перепись населения, ввел единое налогообложение и трижды снижал налоги, каждый раз добиваясь более справедливого их распределения. В конце концов царь созвал выборных представителей от налогоплательщиков на Земский собор, чтобы народ сам решил, как правильно «и не в тягость» платить подати и выполнять государственные повинности.

Весь государственный аппарат, от Боярской думы до местного управления, был реформирован к вящему восторгу подданных, получивших возможность своими руками разнести по бревнышку бесчисленные гнезда чиновников — мздоимцев и грабителей. Государь отобрал у местных воевод доступ к финансам, лишил их «кормлений» и посадил на жалование. Он ввел единую систему чинов в армии (в общих чертах сохранившуюся доселе) и среди дипломатов, отменил местничество.

Федор Алексеевич впервые в России официально назначил правительство (Расправную палату), сделав крупный шаг к отделению исполнительной власти от законодательной. С судебной волокитой царь боролся с первых дней правления, сумев на время установить «в судах правосудство». Он искоренял обычай бесконечного предварительного заключения, наводил порядок в тюрьмах и отменил членовредительные казни (заново введенные Петром I).

Первые в стране дома призрения для ветеранов, больных и инвалидов были построены на личные средства Федора Алексеевича. Беспроцентные кредиты горожанам и предоставление им ресурсов приказа Каменных дел обновили Москву — при Федоре в столице было возведено 10 тысяч каменных зданий. Государь ввел при дворе европейское платье и линейные ноты, при нем расцвели русская музыка, живопись, архитектура и поэзия. Этими искусствами, наряду с гуманитарными науками и коннозаводством, Федор Алексеевич с успехом занимался лично.