Несломленная

Вода такая черная. Манящая.

Перевалившись через перила, облокотилась животом о ледяную металлическую поверхность и, как зачарованная, смотрела вниз. Я не видела своего отражения: мелкий дождь вперемешку со снегом протыкал темную гладь словно миллион иголок, заставляя мелко вибрировать всегда спокойные воды Лейи.

Интересно, здесь можно утонуть? Конечно, да. Особенно когда вокруг ни души, на дворе ночь, ненастная погода, и ты не умеешь плавать.

Босые ноги замёрзли настолько, что уже не чувствовались пальцы. Так можно и обморожение получить… Хотя, не все ли равно, что будет потом?

Ночная рубашка промокла, неприятно прилипнув к телу; тонкий плащ бесполезной тряпкой облепив щиколотки, не спасал ни от холода, ни от дождя. Только сейчас, переведя дыхание и впервые сосредоточившись на чем-то помимо темной ленты брусчатки и мелькающих в беге голых ступней, я поняла, откуда доносились раздражающие щелчки — это стучали зубы. От холода, страха и нервного потрясения.

Я смотрела на мелькающие блики на воде, отбрасываемые тусклым светом фонарей, и как никогда остро ощущала эфемерность своего существования. Какая-то нелепая репетиция собственной жизни. Блеф. Алкоголь туманил разум, искажая реальность. Я стояла и смотрела вниз, так и не решаясь сделать судьбоносный прыжок.

Сзади послышались торопливые шаги, чвакающие в грязно-серой снежной жиже. Это был он. Ссутулившийся, в серой толстовке с надвинутым на глаза капюшоном. Подойдя, сделал резкий рывок в мою сторону.

— Не подходи! — вытянув руку, будто ограждая себя от нежданного гостя, по-немецки прокричала я.

— Александра, что, черт возьми, ты собираешься сделать? — перекрикивая шум дождя, он отошел на шаг назад.

— Убирайся!

— Дай мне всё объяснить! — подался вперёд, и увидев, как решительно я поднялась на каменный выступ, снова отступил. — Пожалуйста. Просто дай объяснить!

— Пошел вон! — сквозь зубы прорычала я, и, перекинув ногу, пошатываясь, села на скользкие перила.

— Чокнутая! Чокнутая дура! Не смей! Не смей, слышишь? — в его глазах застыл страх. Выставив перед собой руки ладонями вперёд, сделал несколько осторожных шагов навстречу. — Давай поговорим, а потом делай что хочешь, хорошо?

— Убирайся отсюда! Я тебя ненавижу!

Прыгай. Прыгай уже. Давай!

— Александра! Сащя! — в ужасе перешёл он на ломаный русский, пытаясь воззвать к благоразумию.

Не смотри на него. Не слушай. Лети.

Расставив руки, будто обнимая небо, я закрыла глаза и, оттолкнувшись ногами, упала вниз.

Тяжело жить в наше время, вы не находите? Сумасшедшее время прогресса, нанотехнологий, генномодифицированных продуктов, клонирования и движения нон-стоп.

Термальная вода, йога, электронные сигареты, пилатес, кислородные коктейли, обвертывание водорослями мёртвого моря. Идеальные дома, идеальный газон, идеальные локоны. Даже старость мы принимаем достойно, с гордо поднятой головой, записываясь на уколы ботокса….

Как скучно мы стали жить. Стандартами, навеянными современной Европой. Подсмотренный быт со страниц глянцевых журналов. Мы хотим быть свободными и псевдораскрепощенными, заталкивая своё настоящее "я" в недра сознания, дабы не выделяться и соответствовать идеальному, придуманному кем-то другим, миру. Ведь гораздо проще влиться в массы, чем доказывать свою самобытность.

Мы в клетке, друзья. В кандалах.

Общество лучше знает, как вам жить, что есть, и с кем спать.

Итак, здравствуйте.

Меня зовут Александра, мне тридцать два года, и я та, кто не хочет жить по этим правилам. Я отщепенец социума. Все вышеперечисленное меня напрягает и отвращает. Я та самобытная облезлая кошка, среди лощёных гламурных гиен. Я сама не знаю чего хочу, поэтому меняю города и страны, в поисках своего идеального мира.

Последний раз я сбежала из Бельгии в Питер, в надежде перечеркнуть прошлое. Начать с чистого листа. Переписать карму. И вы знаете, мне это удалось. Я забыла прошлое, но вляпалась в очередное дерьмо, под названием любовь. Любовь порочная.

Ещё раз здравствуйте. Я та, кого вы презираете.

Я — любовница вашего мужа.

Начну с небольшой предыстории.