Непростые истории о самом главном

В наш век тотальной спешки мы часто теряемся под грузом забот. Наш день расписан по минутам. Наши выходные спланированы на месяц вперёд. Мы всё меньше времени находимся рядом с близкими, всё чаще забываем позвонить родителям, всё охотнее отказываемся от встреч с друзьями.

Что останется после нас?

Ворох незавершенных дел и пустота.

Проект «Непростые истории» — это коллектив современных авторов, пишущих разножанровую прозу. Сборник «О самом главном» — истории о жизни, о любви, преданности. В них нашлось место юмору и грусти, радости первой встречи и горечи расставания. Наверняка, среди них вы найдёте такой, который заставит вас всплакнуть или срочно позвонить задержавшемуся после уроков ребёнку. А может, просто — отложить все дела, взять самого дорогого человека за руку и заглянуть ему в глаза. И спросить: «Как прошёл твой день?»

Под вечную музыку Вивальдипусть в ваш мир заглянут наши непростые истории.

Два такта тревожного вступления, взволнованный голос скрипки, шёпот виолончели, стремительно-размеренный как биение сердца ритм. Раз. Два. Три. Четыре…

От автора: рассказ записан со слов свидетеля, основан на реальных событиях. Эпиграфы являются неотъемлемой частью повествования.

Поиск, вы говорите? Для него еще нужно найти время. И все же…

В жизни каждого человека, наверное, бывают моменты, когда застываешь, словно мошка в янтаре, и не знаешь — куда дальше-то? И как? И главное — зачем?

Янтарь — светлый, прозрачный — в своей тягучей реальности не дает развернуться крыльям. А ты ищешь выход: избавиться, отмыть липкие лапки, улететь от засасывающей патоки бытия, вырваться куда-то, где есть возможность вернуться к началу любви или приблизиться к финалу мечты, или попасть в будущее. Я не знаю. Я даже не понимаю — хорошо ли, плохо? Сахар и соль. Сладко, солоно — все равно белый яд. Янтарная смола — горькая отрава…

У меня появилось время — искать.

Машина в ремонте. Вот уже неделю я спускаюсь в метро и, пересекая кольцо, словно следопыт, ищу выход из тупика, в который загнала саму себя с горьким вкусом слов на губах — «а что дальше»?

Щелкает зубьями турникет, отправляя в подземное нутро торопящихся людей, странными реками — вниз и вверх — льются эскалаторы, «Красная стрела» несется по венам туннелей. Все движется стремительно и неизбежно: скрежещет, звенит, свистит, лязгает, хлопает. Грубо, мощно, нахально. Не люблю грубость, мощь и нахальство и потому застываю. Метро — янтарь, в котором мошки-люди замерли на ступеньках эскалаторов, на скамейках платформы, в вагонах поездов. Сначала я брала с собой книжку. Потом разглядывала непривычный для меня мир.

Интересны ли раскованность молодости и чопорность старости; лица, завернутые в газету, или взоры в никуда; попутчики на минуты; раздвинутые колени мужчин и сомкнутые — женщин?.. Руки кругом… держащие сумки и зонтики, вцепляющиеся в «своих» спутников, хватающиеся за поручни. Вагон полон. Давка, сохраняющая превосходство раздвинутых колен. Поезд, червем прогрызающий путь. Закрыть глаза…

Наблюдение душит, сжимает мозг, грозит клаустрофобией и… отступает.