Непорочная пустота. Соскальзывая в небытие

Brian Hodge

Immaculate Void

Skidding Into Oblivion

Печатается с разрешения автора и литературных агентств BAROR INTERNATIONAL, INC. in association with Howard Morhaim Literary Agency, и Nova Littera SIA.

The Immaculate Void © 2018 by Brian Hodge

Skidding Into Oblivion © 2019 by Brian Hodge

Священные книги всегда ошибались.

Если бы человечество захотело поблагодарить тех, кто этого действительно заслуживает, для начала нам пришлось бы разбить наших идолов, выбросить к чертям все эти унылые молитвенники и переделать церкви во что-нибудь полезное — скажем, в бордели и приюты для бездомных.

«Нахер все это, — сказало бы человечество. — Отныне я болею за гигантов».

Молитвы газовым гигантам остались бы неуслышанными точно так же, как и любые другие — все эти просьбы о тачдаунах и избавлении от рака, — но, по крайней мере, они были бы направлены по адресу. Особенно молитвы Юпитеру. Мы протянули столько времени исключительно потому, что Юпитер был к нам благосклонен. Хоть этот здоровенный полосатый газовый шар и носит имя бога, которого римляне придумали всего три тысячи лет назад, он начал защищать нас намного, намного раньше, еще до того, как первые многоклеточные организмы принялись барахтаться в бульоне первобытных морей Земли.

Какой-то астроном, который никогда не получит заслуженного признания за свое остроумие, назвал Юпитер космическим пылесосом. Он и правда занят ровно тем же, для чего люди держат дома пылесосы, только в космических масштабах: притяжение его настолько мощное, что Юпитер охраняет внутреннюю область Солнечной системы, поглощая кометы и астероиды-тяжеловесы, которые, миновав его, раз за разом могли бы отбрасывать жизнь назад в болото, стоило ей выползти на сушу.

По большей части. Парочка все же смогла проскочить мимо Юпитера и навести шороху. Все, кому случалось отправляться на охоту за динозаврами, знают, что эта система не идеальна. И еще что-то в свое время явно с огромной силой впаялось в Марс. Но в целом нам пока что везло.

Вот почему мне казалось логичным, что если появится какое-то отклонение от нормы, то первые очевидные признаки этого продемонстрирует Юпитер. В истории часто случалось так, что предвестья беды сначала возникали на окраинах, прежде чем добраться до столицы.

Кто бы мог подумать, что события, разделенные множеством лет и происходившие в точках Солнечной системы, между которыми сотни миллионов миль, могут иметь друг к другу какое-то отношение. Кто бы мог подумать, что серийные убийства детей — и та единственная девочка, которая спаслась, — как-то связаны со странной судьбой, постигшей одну из лун Юпитера.

Но это так. Они взаимосвязаны. Все на свете взаимосвязано.

И когда начинает рушиться что-то одно — рушится сразу все.

Вот как это должно происходить: когда комета Шумейкеров — Леви 9 распалась на куски и устроила бомбардировку южного полушария Юпитера, мы в первый раз смогли в прямом эфире увидеть, как он исполняет роль нашего защитника, принимая удар на себя. Мы впервые стали свидетелями подобного события — столкновения двух небесных тел. Когда я была маленькой, мне говорили, что движение космических сфер — мирный механический процесс… но это было всего лишь очередное вранье. Вранье вселенских масштабов.

Конечно, тогда я этого не понимала. Падение кометы Шумейкеров — Леви случилось летом 1994 года, а мне тогда было всего пять лет. Когда тебе пять, Комета — это олень Санта-Клауса.

До момента, когда я оказалась в неправильном сарае, оставалось еще целое лето.

А вот как это не должно происходить: что бы ни врезалось в Юпитер шестнадцать лет спустя, третьего июня 2010 года, никто не заметил этой штуки заранее. Может, это была еще одна комета, а может, астероид. Оно распалось, встретившись с облаками в самой-самой верхней части атмосферы Юпитера, и взрыв получился такой яркий, что его можно было увидеть в телескопы на чердаках и задних дворах. И настолько неожиданный, что на всей Земле его засняли только два человека, оба — астрономы-любители: один — филиппинец, второй — австралиец.

А дальше — ничего. Не случилось второго акта для припозднившихся зрителей, которые навели свои объективы на Юпитер, чтобы понаблюдать за облаком фрагментов. Не было никакого облака фрагментов.