Необычайное приключение Генри Стэнлея

Фантастический рассказ

По заявке В. Солева (Москва)

Генри Стэнлей остался без работы. В его маленькой мастерской давно уже смолк рокот бензиновой горелки и бездействовали разбросанные по столу инструменты. Какая, в самом деле, может быть работа, если горняки уже столько времени бастуют, если забастовка все ширится, охватывая рабочих всех видов производства? Последние гроши уходят у них на товарищескую помощь, и ни одна хозяйка не может более тратить деньги на починку домашней утвари.

Стэнлей прекрасно понимал это. Тем не менее он хотел есть. Кроме того, надо было обязательно уплатить за квартиру. Брать в долг более неудобно: Стэнлей задолжал уже двум живущим над его мастерской иностранным студентам около полуфунта…

Итак, необходимо было немедленно заработать хоть сколько-нибудь. Стэнлей готов был взяться за любую работу. Но за какую? Внезапно ему пришла великолепная мысль — тележка! У него была тележка, на которой он отвозил в мастерскую взятые для починки тяжелые предметы. Пока дела не поправятся, он сможет заниматься перевозкой мебели.

Был дождливый осенний вечер. Стэнлей поспешил к мебельному магазину. И ему удивительно повезло. В городе открывалась большая контора; в тот момент, когда Стэнлей подошел к магазину, знакомый ему хозяин конторы закупал столы, стулья и шкафы. Короче говоря, через полчаса Стэнлей шествовал по городу, таща за собой нагруженную тележку.

Контора находилась далеко, перевезти мебель пришлось в несколько приемов. Истощенный и не привыкший к такой работе, Стэнлей очень устал. Особенно изнурительной оказалась перевозка тяжелого шкафа. Тележка с трудом передвигалась по вязкой дороге, неистовый скрип колес раздражал Стэнлея, а плечи его ныли от ремней.

Механик провинциальной мастерской был в душе изобретателем и философом. Он страдал страстью к обобщениям и любил пофантазировать.

«Колеса скрипят от трения, — размышлял он дорогой, сгибаясь под тяжестью груза. — Тележку тяжело тащить оттого, что колеса трутся о дорогу; водяными мозолями на плечах я обязан трению ремней… Как легко было бы заработать мои полфунта, если бы трения не существовало вовсе!»

Наконец работа была окончена. Домой Стэнлей вернулся совершенно изнеможенным.

— Ну, как успехи, старина? Удалось сегодня заработать что-нибудь? — окликнул его на лестнице один из соседей, студент Фонк.

— М-мда… — смущенно промычал Стэнлей, почувствовав в вопросе неприятный намек на долг.

Заметив это, студент поспешил загладить свою бестактность.

— Вот что, дружище, — весело продолжал он, — мы с Кролем получили сегодня из дому деньги. Давайте отпразднуем сей случай в вашей мастерской, то есть, попросту говоря, поужинаем вместе. Идет?

— Очень рад, прошу… — приободрился Стэнлей. — Прошу…

Студенты принесли с собой хлеб, сыр и пиво. Возбужденный физической работой на свежем воздухе и выпитым пивом, Стэнлей дал волю своим идеям.

— С технической точки зрения, — разглагольствовал он, жуя сыр, — трение приносит огромный вред. Если подсчитать, сколько энергии уходит непроизводительно на преодоление трения, то окажется, что оно обходится ежегодно каждой стране в миллионы лишних тонн угля и продовольствия. Если бы трения не было, люди и животные обходились бы гораздо меньшим количеством пищи!

— А ведь верно, старина! — воскликнул Фонк.

— Как сказать… — флегматично протянул Кроль. — Без трения, пожалуй, трудно было бы жить…

— Почему трудно? — горячился Стэнлей. — Вы думаете, скользко было бы ходить? Какие пустяки! Вбить в подметки гвозди остриями наружу — вот и все!

— А ведь верно! — восхитился Фонк, — И все будет в порядке!

— Сомневаюсь, сомневаюсь… — задумчиво возразил Кроль. — Надо поразмыслить. Сразу не учтешь всего того, что было бы…

— Подумать только, — перебил его Стэнлей, — как легко было бы перевозить чортову мебель, с какой легкостью вращались бы маховики и скользили бы поезда, автомобили и трамваи!

— Вопрос только в том, как бы вы их остановили, — продолжал выражать сомнения скептически настроенный Кроль.

— Как? Очень просто! С помощью вертикальных стержней, выдвинутых из-под машин! Стержни просовывались бы в специально пробуравленные в земле отверстия.

— Замечательно! — поддержал Стэнлея Фонк.

Но Кроль все еще не сдавался.

— Не так просто, не так просто… — настаивал он на своем.

Доведен до конца этот спор не был: от усталости и выпитого натощак изрядного количества пива Стэнлей почувствовал приступ сонливости, стал «клевать носом» и вскоре уснул за столом. Студенты, попивая кофе, заговорили об университетских делах.

Сколько времени Стэнлей проспал, осталось невыясненным, установлен лишь факт, что он проснулся от сильного удара и боли в левой руке. Открыв в испуге глаза, он увидел себя лежащим на полу.