Необузданная сила

(перевод В. Яхонтова)

Жизнь тайного послушника Дарта Вейдера изменилась странным и смертельным образом в тот день, когда его учитель впервые заговорил о генерале по имени Рам Кота.

Ничто не предвещало приближения столь важного момента. Во время ночных медитаций — когда он стоял на коленях на металлическом полу своей комнаты, а за ее стенами дроиды-строители сооружали «Палача», не подозревая о его существовании — в чистом, яростном сиянии алого клинка, который он держал перед глазами, как раскаленное клеймо, ему не являлось никаких видений будущего. Хотя он вглядывался в меч до тех пор, пока мир не растворился и темная сторона не затопила его, словно прилив, будущее оставалось наглухо закрытым.

Таким образом, он оказался совершенно не готов к неожиданному отклонению от ежедневного графика изнурительных и непредсказуемых упражнений. Учитель не отличался терпением, равно как и разговорчивостью. Он предпочитал спорам действие, равно как упреки — поощрениям. За все те дни, когда они спарринговали — практикуясь в фехтовании, телекинезе и внушении — Темный владыка не похвалил его ни единым словом. И послушник знал, что так и должно быть. Работа учителя не в том, чтобы тащить обучаемого по единственному, давно протореному пути.

Нет, пускай обучаемый сам проложит свой путь через лес, а учитель должен вмешиваться лишь тогда, когда он безнадежно заблудится и ему нужно будет подсказать дорогу.

Послушник знал, что даже на неверных путях можно найти истину. То, что его не убивало, делало его еще более могучим в темной стороне.

Много, очень много раз ему казалось, что он умрет …

Тяжело дыша после изнурительного поединка и покорно склонив меч, он опустился на колени перед учителем и приготовился к смертельному удару. Он чувствовал ярость, излучаемую Темным владыкой, и похожую на волны жара — грубого, сердитого жара, от которого его кожа покрылась пупырышками. Несколько мгновений — послушнику они показались вечностью — раздавалось только регулярное, неумолимое дыхание, которое поддерживало жизнь в человеке под маской.

— Когда я нашел тебя, ты был слаб. — Казалось, голос доносится из дальнего конца длинного туннеля. — Ты никак не должен был пережить обучение у меня.

Ученик закрыл глаза. Он слышал эти слова много раз. Когда был ребенком, ему читали сказки на ночь; у Вейдера эти слова заменяли сказку. Мораль этих слов была выжжена в его мозгу, будто клеймо: учись… или умрешь.

Он мысленно представил себе чистый, очищающий огонь светового меча. Он не раз прикасался оружием к своему телу, бросая вызов боли, и не раз получал легкие раны во время спаррингов с учителем. Ему казалось, что он представляет себе, каково это будет — погибнуть от меча. Отчасти он желал этого.

Меч завис так близко от его шеи, что ему почудился запах горелого волоса.

— Теперь гнев дает тебе силы.

Меч отодвинулся. Послышалось шипение, и оружие выключилось.

— Наконец-то темная сторона — твой союзник.

Он не осмелился ни кивнуть, ни поднять голову. Что это? Какой-то новый трюк, чтобы вселить в него ложную уверенность и заставить ошибиться?

Но от следующих слов учителя его сердце на миг замерло.

— Встань, мой ученик.

Ученик. Так он всегда мысленно себя называл, но никогда прежде это слово не было произнесено вслух! И это странное движение меча… Неужели его посвятили в рыцари?

Его клинок втянулся в рукоять. Он с трудом удерживал равновесие; колени вдруг стали словно ватные. Черный силуэт нависал над ним непроницаемой массой, освещенный красными лучами звезды, что сияла в широкои окне справа. Окружающее пространство — металлическое, четкое и функциональное — было таким же знакомым ученику, как и шрамы на тыльной стороне его ладони, но почему-то все вдруг показалось ему странным, непонятным и… другим.

Ученик поднял глаза и спросил ровным голосом:

— Какова ваша воля, учитель?

— Ты победил многих моих врагов. Твое обучение почти завершено. Пришло время первого насточщего испытания.

Перед глазами ученика промелькнули картины прошлых заданий. На протяжении этих лет Лорд Вейдер не раз поручал ему убивать различных врагов Империи: в основном шпионов и воров, иногда высокопоставленных предателей. Всякий раз ученик чувствовал только удовлетворение от удачно выполненного задания. Его жертвы сами навлекли на себя свою судьбу — паразиты, подгрызавшие корни величественного здания Империи.

Но в этот раз все было иначе. Он чувствовал это, причем не только в словах учителя. Дарт Вейдер имел в виду не какого-нибудь жалкого контрабандиста, не имевшего представления о Силе. Оставался только один тип врага, достойный его.

— Ваши шпионы обнаружили джедая?

— Да. Генерал Рам Кота. — Ученику это имя ничего не говорило: всего лишь еще один из списка джедаев, чья смерть не была подтверждена. — Он совершает нападения на критически важную верфь на орбите Нар Шаддаа. Прикончишь его и принесешь мне его меч.