Необетованная

Глава 1

– Как, черт возьми, это вообще могло случиться?! – собирая осколки, внезапно произнесла Ника Сергеевна.

– Эээ… ну, знаешь, бывает! Одно неловкое движение и… бах! – чудак с растрепанными волосами смущенно поправил очки.

– Вень, да я ведь не про чашку. Хотя ее, безусловно, жаль. Из таких мелочей создается уют, это была моя любимая…

– Тогда о чем? – игнорировал досадные рассуждения Гурьев.

– О том, что случилось с нами. О мире, что уже не станет прежнем. И да, о долбанной кружке, что служила мне верой и правдой, а теперь вот… – женщина бросила черепицу и уселась на пол.

– Сергеевна, я тебя что-то совсем не понимаю. Ты чего расклеилась?

– Не знаю. Такой день. Прости мне это нытье. С самого утра все из рук валится, в том числе и буквально.

– Понимаю. Со мной тоже бывает. Только давай унывать посменно? – улыбнулся Веник, заметая осколки в совок. – А то ведь Боливар не выдержит двоих…

– Просто в голове не укладывается, как им это удалось?! И хоть бы один из восьми миллиардов людей заподозрил что-то! До чего мы, люди, глупые!

– Никакие мы не глупые. Просто человечество столкнулось с чем-то беспрецедентным.

– Будь мы чуть прозорливее… – лепетала Ника. – Не пришлось бы влачить это жалкое существование…

– Если бы, да кабы! – отмахнулся коллега. – История не терпит сослагательного наклонения. Террагомы готовили наступление годами, это уже ясно. Так что, не кори себя зря! В конце концов, нас умело отвлекали! Помнишь ведь, как все началось?

– Угу. Землетрясение в Турции. Такое разрушительное, страшное. В тот год казалось, что ничего хуже с планетой не приключится…

– Вот именно! Десятки тысяч погибших! Абсолютный мрак!

– И, как показало время, отвлекающий маневр. – на выдохе произнесла Сергеевна. – Если бы мы только знали, что будет дальше…

– Ну и что? И что бы ты сделала? – усмехнулся Гурьев, набирая воду в чайник.

– Не знаю. Уж точно не жила бы в блаженном неведении.

– Так может и слава богу, что была такая возможность?

– В каком это смысле?

– А в таком, что теперь ни у кого из нас нет выбора. Мы не живем. Мы выживаем. Каждый день боремся со смертью. Представь, если бы Джек и Роза узнали о столкновении с айсбергом, едва ступив на борт Титаника? Как бы прошли отведенные им часы? Никаких танцев и картины тоже, да и сцена в машине не состоялась бы! – театрально вздрогнул Вениамин.

– Ты прав. Все равно никто бы не поверил в существование террагомов тогда, пару лет назад. Чего уж там, я бы первая высмеяла подобный антинаучный бред.

– Видишь! – коллега самодовольно щелкнул пальцами. – Но ничего, помирать нам рано, мы еще попортим им кровушки!

– Или они высосут нашу… – бросила Ника Сергеевна уходя. – Пойду, займусь делами. Не скучай, Веник!

Одного желания провести время с пользой оказалось недостаточно. Мысли путались, а концентрация терялась, будто кто-то зловредный перевел в голове стрелку и, все, что оставалось теперь – следовать заданной траектории, на всех парах лететь по путям уныния и немощной злости.

Нике постоянно чудилось: пространство вокруг сужается, а стены двигаются, стоит ненадолго закрыть глаза. Впервые это чувство овладело ею в далеком 2020, когда весь мир наивно полагал, что новая разновидность гриппа – хворь сродни чуме, или, на худой конец, испанке!

Первые авиабилеты, которые пришлось сдать – рейс Санкт-Петербург – Баку с пересадкой в Москве. В момент, когда страны повально закрывали границы, нашего современника, привыкшего к свободе передвижения, посадили на незримую цепь. Словно вольную лошадь, привыкшую к бескрайним прериям, ограничили пределами ранчо… Какой же бесполезной казалась тогда заветная зеленая наклейка в паспорте! Но тогда еще теплилась надежда, что все вернется на круги своя, а во внезапно разразившемся хаосе вдруг возникнут черты привычного мироустройства…

Но то лишь уловка разума. Его нелепая попытка спасти себя от беспросветного мрака, пришедшего на смену светлому будущему. Природа заложила в нас уверенность: новый день подарит новые возможности, все проблемы решатся, а мечты сбудутся… Ложь! Но только этот оптимизм придает нам сил, когда кажется, что больше их не осталось. Лишившись веры в лучшее, неминуемо тонешь в пучине депрессии, опускаешься на самое дно эмоционального болота, где не случается перемен и все навек равномерно гадко.

Не желая смотреть правде в глаза, Ника Сергеевна старательно мотала головой – как могла убеждала себя в том, что у женщины ее лет не все потеряно. Но то самое пространство для жизни, что по первости ограничилось страной, продолжало мельчать. Очень скоро закрылись регионы, а после, в крупных городах запретили покидать районы. И вот, не успел ты глазом моргнуть, как твое «ранчо» превратилось в удушающе-тесное стойло, а невидимый поводок стал короче. Еще на чуть-чуть.