Ненавижу некромантов! (Драконов тоже )

Аннотация

1.

Дверцы склепа распахнулись, со скрипом выворачивая душу. Нутро старого здания дыхнуло нам в лицо пыльной затхлостью.

— Пойдем. — некромант смело шагнул внутрь.

Еще бы! Пойдем! Ему, чай, не впервой по подобным местечкам слоняться. А я вот не привычная ко всему такому… Боевая магия не располагает к экскурсиям по кладбищам.

— Ну как, по-твоему, номер люкс? — насмешливо спросила я, глядя, как по-свойски хозяйничает в помещении Глерд.

Тот сдвинул на одном из многочисленных тяжелых саркофагов крышку.

— Номер отличный! Спальные места тоже ничего! Хочешь полежать?

Парень в одно движение притянул меня к себе. Я глянула внутрь раскрытого саркофага и завизжала. Из гроба на меня взирали пустыми глазницами полуистлевшие мощи старухи. Длинные седые волосы покрывали голый иссохшийся череп, на месте, где некогда была шея, виднелась нитка блестящих бус в форме многочисленных черепушек, да столь мелких, что у меня невольно возникла мысль о дюймовочке и мальчике-с-пальчике. Пестрые тряпки, оставшиеся от прекрасной одежды, едва прикрывали тонкие желтые кости.

— Это что, твоя возлюбленная? — хмыкнула я, незаметно отступая назад.

— Ха! Нет. Но на тебя похожа!

Некромант, низко наклонившись, сдул с истлевшего тела пыль. По склепу поплыл непонятный запах, отдававший чем-то кислым и затхлым. Я непроизвольно чихнула.

— Ты спятил?!

— Что? — насмешливо приподнял бровь некромант. — Не подошел аромат? Парфюм не для принеcс?

— Да она, может, заразная какая-нибудь! Три дня и смерть! Там может быть вирус бубонной чумы, сибирской язвы и средневекового насморка! — вопила я, стараясь не дышать.

— Ага. Попрошу чтобы тебя подхоронили к этой… Вместе будете смотреться шикарно! — сказал некромант.

— Зачем ты ее открыл?! Что ты собираешь делать?! — нервничала я.

— Тише! В таких местах кричать не положено. Бабуся не проста. По преданиям, она ведьма Семи Болот. Слышала о такой? Свою силу она берет от болотных духов и нечисти, которые напитывают ее магией.

— Ага! Каждый день про древних старух книжонки почитываю — самообразовываюсь.

— Знаешь от чего она умерла?

Я поежилась.

— От чего?

— Ну ладно. Слушай… Было это давно. Жила-была милейшая бабушка, которая обладала чудесным нравом и обворожительной улыбкой. Звалась она тогда феей Семи Озер… На этих озерах отдыхала вся местная знать, вплоть до короля. Какая благодать там была, ты бы видела! Дамы с легкими, словно пух, зонтиками, мужчины, галантно расшаркивающиеся на песке… Бабуля промышяла тем, что пророчествовала, однако, вскоре средств к ее существованию стало не хватать. Тогда она стала делать волшебную черчхеллу, которая исполняла небольшие желания того, кто ее покупал…Рыцари становились непобедимыми в сражениях, дамы обретали неземную красоту… Но однажды что-то пошло не так…

— Что не так? — заинтересовалась я.

— Думаешь, у бабули не было завистников? — приподнял бровь некромант. — Жестокая конкуренция на рынке добрых волшебников. Подменили ей, в общем, ингредиенты в ее черчхеллу.

— И что?

— Как раз король приехал. Да еще с кем? С Ланселотом! У них был слет… этих… рыцарей круглого стола. С ними еще Мерлин был. Из-за него все и произошло. В общем Ланселоту потребовалось срочно какую-то бабу приворожить. Ну и попросил он волшебной черчхеллы. Бабуля рада стараться — продала. Ну и все…

— Чего все?

— Че-че… Помер он! — припечатал Глерд. — В жууутких мучениях. А на смертном одре попросил, чтобы к нему позвали Мерлина, его доброго друга. Взмолился Ланселот — прокляни ты ее, старуху эту! Чтобы никто больше и на метр к ней близко не подходил! Ну Мерлин и проклял… Вот с тех пор она такая… Красотка, правда? А озера все ее превратились в болота.

Я по-новому посмотрела на бабулю в саркофаге.

— Что, правда?

— Да ты че! Нет, конечно же! Откуда я знаю, от чего она сдохла?! Хочешь, спроси у нее, когда оживим!

— Но вообще, по правде говоря, легенда о том, как Семь Озер превратились в Семь Болот есть, и это факт. А отчего, это уж не ко мне вопрос.

— А зачем мы тогда будем ее оживлять?

— Как зачем? Только ведьмы такого масштаба могут разрушать заклятия, подобные тому, что на нашем договоре.

— И как?

— Это стандартная некромантская практика. — Глерд, выудив из-за пазухи кусочек мела, стал вычерчивать на полу пентаграмму, расставив затем по ее углам черные могильные свечи. Ему хватило щелчка пальцев, чтобы все они загорелись зловещим огнем.

— Исферрро! — воскликнул он.

Распахнутые двери склепа с жутким грохотом захлопнулись.

— Руку!

— Что?

— Дай руку, трусиха! Я же говорил, что ритуал не из самых приятных. Нужно смешать кровь светлого мага, и темного, чтобы все прошло так, как нужно… Ты же знаешь, некромантия наука на стыке жизни и смерти. Свет отвечает за жизнь, а тьма — за смерть.

Я вздохнула и протянула ладонь. Нет, у нас тоже были различные ритуалы на боевом факультете, но так, как некроманты, мы с кровью не баловались. По ладони чиркнуло лезвие серебряного ножа.

— Ты бы его хоть спиртиком протер вначале! — фыркнула я, глядя, как стекает с моей руки алая жидкость в ритуальную чашу, украшенную витиеватым орнаментом.