Немые вопли

Третья ночь, проведенная в гостинице, принесла Эллен страх, который она не испытывала с тех пор, как в детстве с ней произошло несчастье.

Она неподвижно сидела на кровати, готовая к прыжку. Пыталась собраться с мыслями, слушая вокруг себя приглушенное, тяжелое дыханье старого дома.

Гостиничная вывеска за окном постукивала на ветру.

Одна, одна, одна в этом доме… — стучало у нее в голове. Одна в этом огромном старинном доме, возраст которого насчитывает около 250 лет, в доме, наполненном скрипом и шорохами, с пустой конюшней, прогнившими лестницами, маленькими, темными комнатушками… И с этой самой комнатой!

Как хорошо было сидеть в открытом ресторане Студенческого клуба в Осло! Идеальное место для тех, кто уже сдал экзамены и заслужил свой летний отдых.

Яркие зонтики от солнца, радостные голоса, смех, светлые, легкие одежды… Своими разговорами Виви только усиливала в ней высокомерную самонадеянность.

— В прошлом году мы проезжали мимо этих мест, — с энтузиазмом сказала Виви. — Места там просто фантастические! Настоящий, старинный трактир, настолько живописный, что уму непостижимо! Тебе нужно ответить на это объявление.

Эллен сложила газету с объявлениями о сдаче жилья.

— С дежурством в гостинице я вполне справлюсь, — беспечно сказала она, вмиг забыв о своей ужасающей непрактичности и своем неисправимом оптимизме, который иногда сметал все на ее пути, а иногда ставил ее в безвыходное положение. — Но наверняка есть уже много желающих.

— Не все хотят ехать в такую глушь, — сказала Виви. — Там нет никакого жилья на двадцать миль вокруг. Одни леса, леса и леса, так что потом тебе месяцами будут сниться ели.

— Но ведь не может же гостиница находиться прямо в дремучем лесу?

— Разумеется, поблизости есть маленькая деревушка, туристический центр. Когда-то этот постоялый двор был местом переправы через реку. В доме до сих пор стоит огромная печь, там вкусно готовят…

— Я поеду туда, — решила Эллен.

Ей нужна была работа на лето, и она получила ее, благодаря своим большим и невинным голубым глазам на треугольном лице, не особенно красивом, но подвижном и приветливом, благодаря своему улыбчивому рту и приятному голосу, благодаря своим черным свободно вьющимся волосам. Все обещало ей удачу, если, конечно, не зарядят дожди, превращая все в сплошную скуку и хаос.

Но ее работодатель обращал внимание лишь на ее внешние достоинства. Он не замечал ее застенчивости и чувствительности, проявлявшихся в движениях рук и в робкой улыбке, не обнажавшей ее белых зубов. Эллен чувствовала себя страшно одинокой, но держала это при себе.

Шел 1959 год, а жизнь Эллен была еще неустроенной. Как и большинство молодых людей, она носилась со множеством планов, ей хотелось везде успеть, чего-то добиться в жизни. Выбрать себе подходящую профессию и попробовать себя в ней, а потом обрести покой, зная, что ты на верном пути и выполнил свою жизненную задачу. Но трудность состояла в том, что она — подобно многим другим — все еще не могла выбрать себе профессию. А выбор был таким большим, и выбрать можно было неправильно…

Все упиралось в то, что у нее не было денег. Поэтому вместо того, чтобы делать шикарную карьеру, она вынуждена была наниматься в гостиницу, что не давало ей никаких перспектив на будущее.

Но жить на что-то надо было. Питаться, одеваться, иметь жилье. На все это нужны были деньги. Такова была печальная действительность.

Тем не менее… Время, проведенное в гостинице, не должно было пропасть даром. Наверняка она многому научится, оптимистически считала она.

Она никогда не видела таких пустынных лесных дорог. Автобус ехал несколько часов среди могучих елей, вырвался на небольшое открытое пространство с редкими домишками и снова был поглощен лесом.

Вскоре опять появились дома, составлявшие что-то вроде деревушки, и на берегу реки стоял крохотный постоялый двор, аккуратно побеленный и ухоженный. Высотой с одноэтажный дом, хотя и в два этажа, с пристроенной конюшней и одноэтажной кухней, с мансардой и еще одним двухэтажным зданием, расположенным за кухней с другой стороны. Две вывески с короткой, написанной витиеватым шрифтом надписью; одна — над низенькими воротами, а другая — в самом конце здания, оповещающие о том, что это «Старинная харчевня „У переправы“. Постоялый двор и гостиница». Чтобы никто не сомневался в предназначении этого дома.

Запыленную с дороги, но преисполненную благоговения Эллен встретила в трактире пожилая хозяйка.