Немийцы

POV Вильмонт

Это было недавно…тот день, когда перестала существовать, как Вильмонт. Странная моя жизнь. Полу Бастард — полу Аристократка.

И раньше я не могла определиться в своей природе.

Аристократка и Бастард — одно целое. Мы — две стороны монеты. У нас разное содержание, но общая оболочка. Я знаю ее, а она меня, нет секретов друг от друга. Уживаемся вместе, рядом, словно так и должно быть.

Аристократка — мое зеркальное отражение, которое отныне презираю. С недавних пор я — Бастард по имени Анна Ананина.

Хватит с меня вашей любимой власти, используйте друг друга сколько влезет. Больше никому не позволю собой пользоваться, тошнит от ваших махинаций. Отвезла демонстративно кольцо в загородный наш дом, уж не знаю отец видел или нет.

Сама задаюсь вопросом, как хватило сил не взять пушку и не прислонить дуло к виску, закончив свои мучения. Пару раз смотрела на успокоительные таблетки и грешным делом мелькала мысль выпить, но слава всевышним сразу отметала эту мысль и шла на балкон проветривать голову или промывала виски под ледяной водой.

Сессия была кое-как сдана из-за аварии, операции, восстановления. С горем по полам закрыла. Теперь следовало подумать, чем заниматься. Что делать дальше?

Планета крутилась и без меня. Приятное ощущение пустоты жило во мне с недавних времен. Пусто: нет ни боли, ни счастья, я плыла по волнам, закрывала глаза и меня покачивало. Солнце не слепило, вода не топила. Я уравновешена. Никогда подобного не ощущала прежде.

Наверное, слегка изменилась за прошедший год. Вряд ли женщина может похвастаться тем, что осталась той же девочкой после потери детей и бегства их папашки на другой конец света от тебя. Нет. Мне не больно больше. Я не виню тебя. Кто я для вас такая, чтобы думать обо мне.

У каждого свое счастье. У отца — деньги и власть. У Хаски — стало быть тоже власть главное в жизни. Всегда он любил командовать и тащился от того, какая бастардом я была податливая. А теперь решив проблемы, сбежал сломя голову.

Какие дети, ты о чем Вильмонт? Это твои проблемы. Твоя авария. Прощай, прости и ничего не обещай.

Так. Стоп. Все хорошо, спокойно. Дыши глубоко и часто, наполняя воздухом легкие.

Сегодня День моего Рождения — 13 августа. Девятнадцать. Я сопровождала Волчицу на съемки видео-клипа, волновалась она видите ли, поэтому ей нужна была поддержка в лице меня. Ее новый любовник, которого она встретила на работе (и как она ухитрилась найти нормального мужчину в стрип-клубе!?) предложил ей сняться в клипе. Великолепный шанс для нее, чем она не преминула воспользоваться. Я же выступала в роли, некоего спасательного жилета, боялась она иметь дело со столькими Аристократами, к тому же, подозрительно что ее мечта сняться на телевидении по всей видимости скоро исполнится.

Она яркая как звезда, шикарная. Если бы не ее бастардовские корни, Волчица была бы уже давно дамочкой известной, как моя Саша.

Сегодня у Волчицы была маленькая, но заметная роль стервы. Ха! Ну это ей не придется играть, Волчица — та еще стерва. Кто бы знал год назад, что она станет настолько мне близким человеком.

— Дубль два. Кадр 5. Поехали! — заорал режиссер, а я неподалеку присела на высокий стул и пыталась никому не мешать. Правда смс на мой телефон мужчинку иногда раздражали, но дяденька хороший, изредка грозил кулаком, но не дрался.

— Эй! А вы не желаете для массовки посниматься? — спросил у меня. Я ускоренно замахала головой в разные стороны.

— Нет, спасибо. Я не очень люблю камеры, — ответила, при этом отвлеклась на смс, которая нагрянула с неизвестного номера.

«С Днем Рождения».

Коротко и ясно, явная не ошибка. Да мало ли кто это. Волчица строила какому-то парню глазки на камеру под зазывание вентиляторов, будто бы там ужасный ветер. Словно они на Баллийских островах среди белого песка, слепящего глаза, а сзади них развлекалась молодежь. А на самом деле позади них белое полотно и три калеки в качестве массовки. Обманчивое телевидение, однако.

— Глаза пошире. Ты что Баллийка!? — заорал режиссер, отвлекая меня от дум по поводу ответить загадочному поздравителю или нет.

Не похоже на близкого человека. Спустя еще десять минут разглагольствования режиссера, и моего тихого смеха пришла очередная смс.

«Подарок ждет тебя дома» — значилось в нем.

Это смутило сильнее, значит кто-то близкий, знающий где я проживала. Неужели трудно подписаться? Раздражали подобные кадры. В телефоне еще пять подобных поздравлений, чьи номера не знала. Давно новый надо было сделать, чтобы люди из прошлого не донимали.

Волчицу долго мучили с ее партнером. А режиссер мне понравился, нашла с ним общий язык. Учитывая, что он смеялся над актерами, а я посмеивалась, не таясь.

— А я думал, что съемки это для тебя каторга, Вар? — сбоку раздался мужской голос. Я обернулась, оглядела молодого мужчину — легкий беспорядок, футболка, рваные на коленях светлые джинсы. Но улыбался Ангельский Миша очень ярко и почему-то смотрел не на того, к кому обращался.