Нелюдь

© Ф. Гомонова, перевод на русский язык, 2018

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2018

Оказавшись на крыше небоскреба, я начала подумывать, что наша идея, возможно, была не так уж и хороша. Может, дело было в лучах прожекторов, рассекавших темные улицы внизу, или в патрульных самолетах, парами проходивших вдоль вершины громадной стены Титан; а может быть, просто проснулся и решил напомнить о себе здравый смысл. То, что мы собирались сделать, было не только глупо и опасно, но и противозаконно, а в свои шестнадцать лет я старалась избегать поступков, которые можно было бы описать любым из этих слов.

На середине крыши я немного задержалась, и мальчики обогнали меня.

– Это не корсет, а настоящий жилет. – Я попыталась немного оттянуть белый виниловый топ, больше похожий на тугую повязку, который Анна уговорила меня надеть. – Я едва могу дышать.

– Ты слишком много значения придаешь комфорту. – Анна оторвала мои руки от корсета, придирчиво оглядела меня с ног до головы и одобрительно кивнула, заставив короткие кудряшки подпрыгнуть. – Просто удивительно, до чего раскрепощает девушек тугой топ.

– Что-то я не ощущаю особого раскрепощения, – впрочем, это даже к лучшему, учитывая, что мы на тридцатом этаже.

– Ничего, еще почувствуешь. Магия искусственной кожи – от нее нет спасения. – Анна пошевелила пальцами, словно колдунья. – Но не забудь, я его тебе одолжила на время, так что не слишком безумствуй.

Она оглядела сад, разбитый на крыше, и добавила:

– И по земле не кататься! Даже если Орландо очень попросит.

Мой ответный вздох был больше похож на стон:

– Может, хватит уже? Сколько раз повторять – Орландо меня не интересует.

На крышу меня привело любопытство, а вовсе не желание оказаться под кустом с кем-нибудь из парней, с которыми мы пришли сюда. И которые, кстати, в эту минуту как раз подрались из-за пульта управления игрушечным беспилотником.

– Это мой дрон! – Кэмден прижимал игрушку и пульт к груди, пытаясь локтем отпихнуть Орландо.

– А крыша моя! – И тот вцепился в запястье Кэмдена. Любой, услышавший их диалог, подумал бы, что это не старшеклассники, а какие-то детсадовцы.

Из пентхауса под нами доносились смех и музыка. Интересно, на что больше всего рассердятся родители Орландо? Что сын устроил вечеринку в их отсутствие или что он сейчас находился на крыше здания, собираясь совершить предательство? Сцепившиеся мальчишки внезапно оказались опасно близко к краю крыши. Я ахнула, Анна испуганно прикрыла рот ладонью. Но они так же быстро поменяли направление, даже не заметив, что секунду назад были на самом краю.

Я медленно выдохнула. При всей любви к животным, мне совсем не нравилось, когда парни вели себя подобно драчливым псам.

– Если Орландо тебя не интересует, то что мы здесь делаем? – спросила Анна.

– Сама знаешь что. – Я махнула рукой в сторону стены: – Там же Дикая Зона.

– Ага! – Орландо победно вскинул руку, ему удалось наконец отобрать пульт у Кэмдена. – Пора запускать нашего малыша.

Я разделила свой длинный конский хвост на две части и резко развела руки, потуже затягивая резинку на волосах. Чем сильнее были стянуты волосы, тем лучше мне думалось.

Мы подошли к краю крыши и встали рядом с парнями. Я никогда еще не видела Титан с такого близкого расстояния, и невероятные размеры сооружения заставили что-то дрогнуть в моей груди. «Репарационная стена», «линия карантина», «проклятие» – даже самые злые прозвища всегда произносились с определенным почтением. Назвать Титан обычной стеной язык не поворачивался. Сооружение в семьсот футов высотой высилось над центром Давенпорта и простиралось в обе стороны до горизонта. Оружие и телескопы охраны наверху стены были нацелены на восток – на ту половину Америки, которая отныне была потеряна для нас. Которая превратилась в Дикую Зону.

Именно это сейчас возбуждало и заставляло бурлить мою кровь – мысль, что с помощью игрушечного беспилотника я наконец-то смогу хоть одним глазком увидеть, что там за стеной. Когда ее построили восемнадцать лет назад, часть страны, оказавшаяся по ту сторону, стала для нас тем же, чем была Африка для всего мира в девятнадцатом веке. Дикая Зона была нашим Черным Континентом.

На Анну, похоже, загадка стены не действовала. Едва увидев оружейные башни на вершине стены, она быстро отошла назад. Ее темная кожа посерела от испуга:

– Слушай, это дурацкая идея.

– В самом худшем случае я просто потеряю камеру, – небрежно заметила я.

– Ты серьезно? – Анна уперла кулачки в бока. – По-моему, в самом худшем случае нас всех могут пристрелить за пересечение карантинной линии.

– Но в том-то и дело, что мы ничего пересекать не будем. – Орландо показал на беспилотник: – А эта штука не может подцепить вирус, так что, строго говоря, мы не нарушаем карантин.