Нейросимбиоз. Побег (СИ)

Алекс Нагорных. Империя Восходящего Солнца, юго-восток Африки, префектура Сунаджи, город Сунаджи, 18 января 2012 года

На выходе из телескопического трапа аэропорт встретил меня своим привычным шумом. Голос на японском уведомлял, что рейс Нагасаки — Сунаджи приземлился и пришвартован к выходу Shi-57. За спиной — небольшой рюкзак, в руках — стаканчик с «эликсиром бессонницы». Его я успел попросить перед посадкой. Но просто кофе мне вряд ли помог бы. Поэтому я ещё на борту самолёта добавил в него коньяк из миниатюрной фляжки. Проверенное средство, чтобы взбодриться. Я повёл плечами и зевнул. Всё же за время десятичасового полёта тело успело устать от положения сидя. Глаза слипались. Я вновь зевнул. Поспать практически не получилось, и скоро меня накроет джетлаг. Время сна упущено, и теперь мне нужно быть максимально собранным. В очередной раз глотнул кофе.

Мимо меня проходил народ, но его было не то чтобы прям много. Всем известно, что на африканский континент едут в основном по работе. Для отпуска всё же далековато. Хотя люди разные бывают. Я огляделся. Ничего подозрительного. Похоже, японцы ещё не раскусили мою «фальшивую смерть». Нужно это использовать по полной и увеличить разрыв с возможной погоней. Посмотрел на указатели: выход и паспортный контроль были направо. Подхватив чемодан, я отправился к выходу.

Аэропорт оказался огромным, ещё на подлёте его можно было рассмотреть с высоты птичьего полёта, благо облачность отсутствовала. В самолёте мне так и не удалось хоть немного поспать. Гул двигателей сдувал даже крохи сна. Поэтому, когда объявили о том, что рейс идёт на посадку, я смог немного разглядеть аэропорт из крохотного иллюминатора. С высоты он напоминал большую белую птицу, которая ждёт момента, чтобы взлететь. Японские архитекторы сумели сделать из громоздкой конструкции визуально невесомое произведение искусства. Интерьер был оформлен в лаконичном футуристическом дизайне. Мне подобный подход всегда импонировал, и я старался создавать свои высокотехнологические изделия в похожем стиле. Кибернетический доспех не был исключением.

Всё внутреннее обрамление было белым. Пол из керамических плит отполировали до зеркального состояния. В нём отражался высокий потолок, состоящий будто из белых сот светильников. Я увидел своё отражение на полу и поморщился. Видок, конечно, у меня был не очень. Впалые глаза и огромные мешки под ними. Красавец, а не мужчина.

Огромный свод над головой держали белые круглые колонны. Интересно, что они использовали в качестве декора, чтобы добиться такого яркого белого цвета? Я заинтересовался материалом и подошёл ближе. Протянув руку, пощупал колонну. Хм, шершавое и холодное. Очень похоже на мрамор. Так, нужно двигаться дальше, а не обниматься со столбами и залипать на потолок. Кажется, джетлаг уже начинает меня накрывать. Я сделал новый глоток кофе с коньяком и пошёл дальше.

Впереди появились кабинки паспортного контроля. К счастью, я вышел из самолёта одним из первых и народу в очереди было немного. Поэтому не успел я вновь полюбоваться интерьером аэропорта, как подошёл мой черед.

— Добрый день! — поприветствовали меня на японском через бронированное стекло.

Офицером пограничной службы оказалась миниатюрная японка неопределённого возраста. У азиатов вообще сложно его вычислить, но я бы предположил, что ей лет тридцать. На рукаве красовались золотые звёзды и полоса. Значит, Нито рикуи — старший лейтенант, если перевести с японского.

— Здравствуйте! Секунду. — Я улыбнулся и поставил стаканчик на поверхность перед окном. Боюсь, со стороны моя улыбка была больше похожа на оскал. После чего полез во внутренний карман пальто за паспортом.

— Вот, прошу. — Я протянул девушке-пограничнику свой паспорт.

— Цель приезда, мистер Грант? — спросила у меня офицер, перелистывая страницы документа в поисках визы.

— Отпуск, — я едва улыбнулся, — решил вот погреться на африканском солнышке. Много слышал хорошего от своих друзей.

— Впервые встречаю неяпонца с японским гражданством. — Японка оторвалась от документа и посмотрела на меня. Сердце сразу ушло в штопор. Массаракш, и на хера Джейн мне именно японский паспорт оформила? Или офицер пограничной службы заметила грим и парик? Или мои контактные линзы? Я кучу времени потратил на изменение внешности под новую личность. Теперь нужно как-то выкручиваться.

— Я потомок эмигрантов, которые не были согласны с политикой государства, — решил придерживаться своей придуманной легенды. — У меня постоянно документы на улице спрашивают, — я усмехнулся, — привык уже.

Японку, похоже, этот ответ устроил, потому как руки девушки открыли нужную страницу с визой и шлёпнули печать о въезде.

— Думаю, тут будут меньше спрашивать. — Она улыбнулась. — Счастливого отдыха, мистер Грант.