(Не)естественный отбор

Сегодня один из самых важных дней в моей жизни – распределение! Проучившись в педагогическом университете на факультете дошкольного образования пять лет, выпускники получают назначения в детские сады города, да и всей страны.

Cокурсницы на протяжении последнего курса то гадали, то выклянчивали информацию у педагогов, как будто не знали, что это закрытые данные даже от декана факультета. А я не могла решить, чего хочу сама. У каждого из трех вариантов есть свои преимущества и недостатки.

Мы столпились у дверей аудитории № 337 – самой большой в университете, кто-то из девочек от волнения даже расплакался, я же держалась на удивление спокойно – да и что волноваться, решение-то уже принято, осталось только его услышать.

Двери распахнулись, мы просочились внутрь и расселись за столы так, как сидели все эти годы. Я, как обычно, устроилась на самом верху – в последнем ряду. Все преподаватели по педагогике и психологии встали вокруг кафедры в парадных одеждах. Было видно, что наша любимая учительница – логопед – взволнована не меньше нас, да это и понятно, ведь в случае неверного решения будет изломана жизнь студента, а может, и не только его.

В первом ряду сидели незнакомые люди, в основном, круглобокие и румянощекие тетеньки в строгих платьях с белыми воротничками – заведующие детскими садами. Сегодня они получат долгожданное пополнение в свои заведения.

На кафедру вышел декан – строгий сухенький человечек. Поговаривали, что ему предлагали должность в Министерстве образования, но он отказался, аргументировав решение тем, что управлять образованием может любой адекватный человек, а вот растить молодые кадры – нужен талант, которым обладает только он. Ну да, нескромно, зато честно. И от нас он всегда требовал в первую очередь именно честности, как минимум, перед самими собой. Я так и слышу его слова: «Вы можете, будете и иногда обязаны врать людям вокруг вас, но никогда, слышите, никогда не обманывайте сами себя, иначе трясина лжи поглотит вас!». Я чувствую, что буду скучать по альма-матер.

Декан выпрямился во весь свой скромный рост и пронзительным голосом начал речь:

– Дорогие выпускницы! Сегодня, как вы знаете, очень важный день для вас и для нас – распределение! Завтра некоторые приступят к работе, а кто-то продолжит свое обучение. И как вы знаете, изменить решение уже нельзя. Но я не хочу вас пугать.

Каждую из вас изучали все эти пять лет, подвергали тестам, рассматривали малейшие нюансы поведения и характера под лупой, поэтому я могу со всей ответственностью заявить, что неправильных решений тут быть не может. И если вы не согласны с распределением, то это не потому, что мы не правы, а потому что вы обманывали сами себя.

Сейчас я буду называть фамилии и место работы. Та, кого я называю, подходит ко мне, получает диплом и направление и садится на свое место. Всем все понятно? Итак, начинаем!

– Тихонова Мария! Люди! Сад № 31.

С четвертого ряда встала девушка, вышла к кафедре, получила красный диплом и вернулась на свое место. По ее лицу не было понятно, довольна она или нет. Я с ней общалась мало и не знала, чего она хотела.

– Самен Крия! Люди! Сад № 5!

А вот про нее я точно знала, что она не хотела идти на человеческую группу, но она чересчур несдержанна, и потому ее назначение не стало чем-то шокирующим. Вот и сейчас она шла, гордо подняв подбородок, но было видно, что Крия вот-вот расплачется.

– Пхрет Сильвана! Оборотни! Сад № 100!

Наш декан не любил алфавитные списки, считая, что застывший и упорядоченный хаос расслабляет людей, поэтому предпочитал рандомное выведение списков.

– Алеева Настя! Эльфы! Сад № 23!

Я? Я поспешно выхожу, принимаю из рук секретаря голую бумажку с назначением и возвращаюсь на место. И только тут до меня доходит, что меня поставили на эльфийскую группу. Меня! Я сидела, как каменная, с непрошибаемой моськой – это мое фирменное выражение лица, за которое меня прозвали горгульей.

Но на деле за этой моськой я прячу свои эмоции, не желая выносить их на всеобщее обозрение. Девчонки стали оглядываться на меня и перешептываться. Всем известна статистика: с одного потока в 100 человек около 90 % идет на человеческие группы, примерно 10 девушек уходит на оборотней и только одна, а то и ни одной, попадает на эльфов.

Насколько я знаю, в нашей группе мечтали работать с эльфами Крия и Людмила, да и в остальных четырех желающие тоже были. Одним из мифов насчет распределения было то, что на эльфов берут только лучших выпускниц, и хотя это не подтверждается статистикой, девочки жилы себе рвали, рыдая из-за каждой четверки. Я была твердой ударницей. В другом неумирающем мифе говорилось, что обязательно нужен блат среди эльфийских семей. Крия – сама эльфийка из семьи, где могут проследить корни на десять ступеней назад. У меня, кроме моих сокурсниц-эльфиек, больше таких знакомых нет. Но именно меня направили на работу с эльфами.