Нед. Лабиринты забытых дорог

– Ну почему мы тащимся на этих демонских лошадях, вместо того чтобы с удовольствием плыть на большом корабле, наслаждаясь волнами, ветром и солнечными лучами? Почему я должен отбивать зад на твердом седле, как простой охранник? Вам-то не привыкать, у вас зады небось стальные, вы низкородные, а я, человек королевских кровей, должен мучиться, страдать и проклинать тот день, когда появился на свет. Бедная моя мамочка, если бы ты знала, как страдает твой сын, принц крови, рядом с этими жестокосердными мужланами!

– Командир, можно тебя на минутку? – Харалд и Амела улыбались, но, когда Нед подъехал, Амела, не меняя выражения лица, сказала одними губами, почти бесшумно: – Нас преследуют. Кто-то движется за нами, и давно.

– Знаю, – улыбнулся Нед, поглядывая на принца, будто они обсуждали не возможные неприятности, а этого нытика, замучившего за день своими причитаниями, – от самого города нас ведут. Двое.

– Откуда знаешь? – подняла брови Амела и на насмешливый взгляд двоюродного брата скривила губы: – Ну да, да, знаю, он – самый, самый, самый! И если уж мы заметили преследование, то он заметил точно!

– Ну, вроде того, – улыбнулся Нед и, протянув руку, убрал с кончика слегка курносого носа девушки паутинку, прилетевшую откуда-то из леса. Амела смутилась, будто он не паутинку снял, а прилюдно облапил и поцеловал ее в полные красные губы.

«Вот ведь что делает любовь с людьми. Вероятно, и я выгляжу таким же болваном, когда дело касается моей жены, моей любимой, моей спящей королевы Санды», – вздохнул Нед, и молчащий все последние дни Юрагор вдруг ответил ему, как обычно, так, что другим его ответ не был слышен:

– А то не выглядишь! Само собой, выглядишь. Полным идиотом. Любовь – штука иллюзорная и очень вредящая делу. Хотя… что подразумевать под этой самой любовью. Иногда это – любовь к власти, к деньгам, и тогда все нормально. А женщины – это приятно, иногда смешно, иногда раздражающе, но всегда хлопотно и неразумно. Увы, без них тоже никак…

– Так что будем делать? – нетерпеливо переспросил Харалд. – Ловить?

– Есть у меня кое-какие подозрения. Ничего не делайте. Скоро встанем на ночлег, там и посмотрим, кто нас преследует.

– Темнишь, командир? – улыбнулся парень. – Ты ведь знаешь, кто это?

– Догадываюсь. Но не уверен. Потому будьте осторожнее. А я поехал слушать нытье.

– Ох… не завидую, – искренне пожалела Амела, – он меня за час достал нытьем так, что я сбежала! А ты целый день рядом с ним! Так бы и отлупила гада!

– Да ладно… парень и правда не привык к путешествиям, ему трудно, он не уделял должного внимания физическим упражнениям. Ну чего вы так на него насели?

– А где будем ночевать? – перебила Амела. – Надеюсь, не в лесу?

– Букаха, ты чего командира перебиваешь? – возмутился Харалд. – Нед, врежь ей! А не врежешь, я сам врежу! Говорил я – нечего ее брать с собой! Она недисциплинированная, невоспитанная букашка семнадцати лет от роду! Дай ей волю – она на шею сядет!

– На твою, что ли? – уничижительно сказала Амела и, тронув коня пятками, отъехала вперед шагов на пять, опасливо поглядывая на могучие руки Харалда. – Мне твоя немытая шея вообще не нужна! Хей, хей! – Конь дернулся вперед, за ним двинулась подменная лошадь с переметными сумами.

Скоро Амела поравнялась с остальными спутниками и тут же завязала с ними разговор.

Арнот и Итрок смотрели на нее во все глаза, и девушка таяла, как снег на горных вершинах, под мужскими взглядами. Даже Герлат, маг, видавший виды, и тот поглядывал на Амелу как-то оценивающе, и Нед побился бы об заклад, что если бы не грозная репутация девушки, а пуще – ее деда, бывшего Великого Атрока, а ныне охранника короля и королевы, демонолога со стажем, то не избежать бы ей ухаживаний белого мага.

Нед вздохнул – ехать еще долго, очень долго, и, если бы можно было не ехать, он бы никогда и никуда не поехал. Особенно – к ардам.

Кто такие арды? Мореплаватели и… разбойники. И его, Неда, племя.

Да, Нед чистокровный ард – по крайней мере, так утверждали те, кто нашел его на берегу моря примерно восемнадцать лет назад. Ребенка, лежащего в маленькой деревянной колыбели рядом с мертвой женщиной.