Нечаянный тамплиер (СИ)

Annotation

Военный пенсионер умирает и оказывается в теле молодого рыцаря-тамплиера. Сможет ли он изменить историю и защитить королевство христиан Леванта? Действие происходит на альтернативной Святой земле, где присутствует магия.

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Nota bene

Глава 1

Все началось банально, с пандемии. Григорий Михайлович Родимцев подхватил ковид. Болезнь показалась ему обычной, вроде бы, простудой. Недомогание прихватило на работе. В первой половине дня он еще мог читать лекции курсантам в обычном режиме, а после обеда пришлось отменить прием зачетов у третьего курса, и со службы Родимцев отпросился. Пока добрался до квартиры, все тело уже ломило. К вечеру пропал нюх и изменился вкус, а температура тела взлетела за тридцать девять. Парацетамол помогал плохо. На следующий день начался кашель. Но, он все еще думал, что само пройдет, приговаривая, что леченая простуда проходит за семь дней, а нелеченая за неделю. Он поговорил по телефону с начальником училища и попросил отпуск за свой счет на эту самую неделю, продолжая считать, что заразился обычным ОРЗ.

Здоровье до этого редко подводило Григория Михайловича. В свои шестьдесят восемь он редко обращался к врачам. Спиртным не злоупотреблял, курить бросил, а армия дала Родимцеву неплохую закалку. В отставку он вышел подполковником. Преподавал тактику в высшем общевойсковом командном училище. Получал военную пенсию и еще зарплату. Жил в трешке в хорошем районе Петербурга, на Московском проспекте. Построил двухэтажный дачный коттедж в пятнадцати километрах от кольцевой дороги на участке в пятнадцать соток. Устроил жизнь дочке, выучив в престижном вузе и купив ей отдельную квартиру. И все было бы у Григория Михайловича хорошо, если бы не эта внезапная болезнь.

Только на пятый день, когда понял, что легче не становится, Родимцев разрешил жене вызвать врача. Сделали тест и забрали в больничку, где в «красной зоне» лежали еще много таких же бедолаг. Дышать становилось с каждым часом все тяжелее, и его подключили к аппарату ИВЛ. Умирал Григорий Михайлович нудно и трудно. Промучился около суток, в какой-то момент сердце его не выдержало и остановилось. Последовала темнота, а потом произошла яркая вспышка, и он очнулся на новом месте.

Читал Родимцев, конечно, про всяких там попаданцев. Да и про загробную жизнь с переселением душ книжки ему попадались. Но не верил он, разумеется, в такую чушь. А тут внезапно обнаружил, что очухался совсем не в больничке, а в каком-то другом месте, где было жарко, а с безоблачного неба нещадно палило солнце. И разговаривали вокруг совсем не по-русски. Но, он почему-то понимал этот язык.

— Эй, ты жив, брат Грегор? Хорошо же тебя по голове палицей приложили! Вон, весь твой шлем помялся. Я думал, что ты умер! — произнес склонившийся над ним человек, который явно не имел никакого отношения к больничным врачам. Одет он был, как реконструкторы средневековых рыцарских побоищ: белая накидка с красным крестом и стальные наплечники поверх кольчуги с длинными рукавами. Только все это одеяние покрывали свежие красные брызги, очень похожие на кровь, а на кожаной перевязи висел меч в ножнах.

Родимцев сразу понял, что лежит он на спине, глядя прямо в небо, и обращаются к нему.

— А ты кто? — выдавил из себя Григорий Михайлович, совершенно не понимая, где это он. И, к его большому удивлению, говорил он сам тоже не по-русски, а на том же наречии, напоминающем французский язык, на котором общались люди вокруг него. Голоса окружающих он слышал, но пока не видел никого, кроме того человека, что склонился к нему.

— Ну вот, по башке от сарацина получил, и мозги отшибло? Я же Тобиан, такой же брат ордена, как и ты, да еще и твой друг. А еще меня Тобиасом называют на латинский манер, — представился незнакомец.

— Тогда помоги подняться, по-дружески, — попросил Родимцев этого странного парня. На вид тому было лет двадцать, не больше. И он был рыжим и конопатым, с голубыми глазами и носом-картошкой на круглом лице. Но здоровый малый. Ростом высок, да и в плечах широк, а руки толстые и с мощными пальцами. Настоящий богатырь.

Григорий осознал, что все симптомы его болезни куда-то делись. Не было больше ужасного чувства нехватки воздуха и даже никакого следа от одышки не осталось. Ушли и все другие неприятные проявления ковида, только теперь вместо них присутствовала сильнейшая головная боль.