Небо Титана (СИ)

Фотография Титана, сделанная зондом Гюйгенс в 2005 году.

Причина поездки на ровере была внештатная: группа геологов, лагерь которых располагался в тридцати километрах от базы “Титан-1”, уже более двадцати часов не выходила на связь. Четырехколесный транспортный планетоход ехал по поверхности Титана со скоростью пятнадцать километров в час. Из-за гравитации в одну седьмую от Земной, разгоняться быстрее бортовой инженер Юрий Гречкин не рисковал, ведь автомобиль и без того ощутимо подбрасывало на каждой кочке. Стив Рут — американский астронавт и по совместительству полётный врач, сидел справа от Юрия.

Разрезая густую желтую атмосферу спутника Сатурна, ровер несся по каменно-ледяной корке этого, как выяснилось, не безжизненного небесного тела. Узнать, какие еще тут есть формы жизни кроме бактериальных, которые двадцать лет назад обнаружил зонд “Земля-Сатурн”, должна была эта экспедиция, состоящая из семи человек. По плану было исследовать снятое с картографического спутника сферическое сооружение диаметром более пятидесяти метров, и я явно имеющее искусственное происхождение, погрузиться в метановое море Кракена, являющееся самым большим на Титане, взять геологические образцы грунта и изучить пещеры в горах.

Внезапно автомобиль наехал на небольшую пологую горку-трамплин высотой с футбольный мяч и взмыл в верх на целый метр.

— Юра! — произнес Стив, вцепившись руками в горизонтальную рукоятку перед пассажирским сиденьем, — мы так перевернемся!

Ощущение свободного падения отступило спустя несколько секунд полета ровера. Машина, благодаря всё той же низкой, практически лунной гравитации, плавно приземлилась и не сбавляя скорости продолжила движение.

— Как думаешь, — спокойно начал Гречкин, — какой может быть самый плохой расклад?

— С геологами? — Рут продолжал сжимать рукоятку. Температура на поверхности составляла минус сто восемьдесят градусов цельсия, но не взирая на это, от волнения тело Стива начало потеть под облегающим герметичным комбинезоном, обогреваемым металлическими нитями, вшитыми в ткань.

— Да, если порассуждать.

— Самый плохой расклад? — Стив задумался, — однозначно, это смерть. Причем смерть по такой причине, которая погубит и нас.

— Неизвестная инфекция?

— Вполне.

— А нападение представителя местной крупной фауны? — усмехнувшись спросил Гречкин.

— Мне сложно представить диких существ, которые могут жить при такой температуре, — ответил Стив.

Заметив сквозь пластиковую маску-скафандр напряженное лицо коллеги, Юрий все же решил сбавить скорость до десяти километров. Да и кислородный баллон неприятно упирался в спину, когда ровер на относительно высокой скорости миновал какую-либо неровность.

— Если бактерии могут, то…, - Юрий объехал очередной камень.

— Одно дело бактерии, другое — какие-нибудь многоклеточные, — перебил его Рут, — не верю я что мы наткнемся на что-то подобное. И вообще, мало ли почему связь пропала… может, у них сломалось что?

— Так в том-то и дело, что связь не пропадала. Они просто перестали отвечать.

***

Из досье Мирового Космического Агентства:

Имя: Юрий

Фамилия: Гречкин

Страна: Россия

Возраст: 37

Рост: 175 см.

Вес: 80 кг.

Приметы: Округлые черты лица, улыбчивость

Особенности характера: Неконфликтный, уступчивый, простой в общении

Должность: Бортовой инженер, второй пилот

Фото Титана из космоса, сделанное аппаратом Кассини и фото поверхности, сделанное зондом Гюйгенс. 2005 г.

Через полчаса вдалеке сквозь желтую пелену начали прорисовываться силуэты гор, возле подножия которых и находился лагерь геологов. Геологов было всего двое — итальянцы Данте и Леонардо. А если сказать точнее, то геологом был только Данте, потому как Леонардо занимал должность микробиолога и должен был работать с образцами из недр Титана, которые добудет Данте. Бурились они в разных местах, и постепенно, а это было по плану экспедиции, отошли к горам. Жили ученые в переносном надувном модуле, а ездили на буровой установке-вездеходе. В отличие от Марса, у Титана достаточно плотная атмосфера, плотнее Земной в полтора раза. Благодаря такой плотности человеку не угрожает радиационное космическое излучение — можно долгое время находиться на поверхности спутника, главное одеться потеплее и кислородную маску не забыть.

Ровер остановился в нескольких километрах от лагеря.

— Отсюда будем запускать, — произнес Гречкин, глядя в панель навигатора.

— Может поближе? — предложил Рут.

— Не, не. Ближе не поедем, что-то у меня плохое предчувствие.

Отстегнув ремни безопасности, космонавты вылезли из автомобиля. Юрий достал из багажника квадрокоптер и пульт управления.

— Мингли, прием, — обратился он к капитану.

— Прием, — спустя несколько секунд раздался голос из динамика скафандра, — добрались?

— Да. Запускаем птицу.