Небо на память

— Везет тебе, Елагина, — вздохнула Берта Шефер, тряхнув короткими рыжими волосами.

— В чем? — поинтересовалась я у своей соседки по комнате.

Так вышло, что за шесть лет обучения в Лётной Академии больше всех я сблизилась именно с Бертой. Конечно, ровно я общалась почти со всеми, в той или иной степени. К тому же в Академии обучалось много других детей военачальников, таких же, как я. Однако с первого дня пребывания в стенах учебного заведения только Шефер была моей бессменной соседкой по комнате, а, следовательно, с ней лучше всех и ладила. Она меня не задирала, я её — чем не компания?

— Ты попадёшь стажёркой в армаду.

— А ты? — спросила я, оторвавшись от шнуровки очень удобных берц женской модели. — Ты ведь тоже там будешь.

— Скажешь тоже, — не согласилась со мной Берта и подошла к окну, прислонившись лбом к стеклу. Она смотрела куда-то вниз, словно силилась что-то разглядеть в мельчайших подробностях с тридцатого этажа нашего общежития. — Я вообще не знаю куда попаду, в какую команду. А у тебя хотя бы какая-то определённость. Меня моё положение, — тут Шефер замялась, словно стеснялась продолжить своё признание, — немного нервирует.

Я промолчала, потому что здесь Берта была абсолютно права. Мой отец генерал Космических войск самого императора был очень важной персоной. И в отличие от некоторых своих сокурсников космос для меня не диковина или какая-то недосягаемая мечта. Уже не раз я отправлялась в небольшие путешествия с отцом, но только в те, которые он считал действительно безопасными для меня. Папа не очень-то был доволен моим выбором, таким как поступление в Лётную Академию. Но под натиском моего недельного молчания согласился. Не подумайте, что я верчу отцом так, как мне хочется, вовсе нет. Им не повертишь! И я очень люблю своего папу. Просто нельзя из-за родительского страха потерять меня однажды запрещать делать то, к чему я стремилась с детства, о чём грезила, зубря теорию, к чему шла эти долгие шесть лет.

— Не переживай, всё наладится, — я попыталась подбодрить Берту. А затем встала, подошла к ней и тоже посмотрела туда, вниз на землю. Ярко зеленый ковер, расстилавшийся вокруг нашего академического городка, выглядел великолепно. Не зря трудились биологи, создав супер устойчивую траву, которую не способны вытоптать берцы тысячи курсантов Лётной Академии. Внезапно странная тоска проявила себя в моём сердце, заставив признаться, — знаешь, Берта, а мне жаль, что ещё месяц и нас выпустят отсюда. И разлетимся кто куда.

— Да ладно тебе, Юлька, — подруга закинула руку мне на плечо и с усмешкой добавила, — у тебя есть мой телефон, всегда сможешь позвонить.

— Это факт, — сразу согласилась я. — И не переживай, всё будет нормально. Главное, верь в это.

— Хотелось бы попасть в действительно хорошее место. Может быть, даже поближе к тебе, — пробормотала Шефер.

— А что… Вполне вероятно, — поддакнула я, совершенно не будучи уверенной в этом. Просто захотелось поддержать свою однокурсницу и подружку. — Рано или поздно мы с тобой обязательно встретимся!

Какое там встретимся! Нас раскидают по разным кораблям и разным уголкам бескрайнего космоса. Мой флагман будет самым огромным, рассчитанным четыре тысячи человек. Целый город в космосе! Остальные будут как его сопровождение. Да, попасть на него — это моя самая заветная мечта. Но не всё так просто. Дело в том, что отец, даже будучи занят очень важным поручением, совершенно в другом краю нашей солнечной системы, всё равно не дал мне возможности быть такой же, как все. То есть решил, что я буду стажироваться в штабе. Несомненно, это замечательный опыт и знакомство с очень умными и ответственными людьми. И среди них, безусловно, много холостых. Только это не предел моих мечтаний. Я хотела бы как все выпускники Лётной Академии получить распределение на космическую станцию, занять своё место в каком-нибудь элитном отряде и день за днём постигать всё то, через что папа меня решил "оградить" своей заботливой рукой. Конечно же, копаться в двигателях или клепать обшивку это однозначно не моё. Но… Сейчас же я, как и все мои сокурсники, жду, когда нас, лучших выпускников Академии доставят на космическую станцию, чтобы именно там получить распределение. Это почётно. Только они будут волноваться, гадать, какую новость преподнесёт им судьба. А у меня уже всё известно. И с не меньшей торжественностью я получу свой конверт со словами «Юлия Елагина направляется на стажировку в штаб Космических войск». Скучно!

В этот момент по внутренней связи раздались звуки марша, и мы с Бертой, не сговариваясь, бросились к двери. Так же как мы, десятки наших сокурсников и просто учащихся академии спешили на построение. Вечерняя перекличка, привычное дело. После неё только поздний ужин и всё, отбой.

— Елагина! Заходи в пятый лифт! — раздался голос нашего старосты Романа Краснова, и я по инерции туда направилась, увлекая Берту за собой. Всё-таки дисциплина великая вещь.