Не желаю быть королевой (СИ)

– Ты ведёшь себя безответственно, – отчитывал меня папа.

– Я? Да я не хочу замуж в восемнадцать лет. Ты на маме женился аж в сорок восемь, – возмущалась я произволу.

– Я мужчина. Это другое.

– И никто не заставляет тебя выходить замуж. Только присмотреться к кандидатам, – более мягко произнёс отец Милон.

– Рано или поздно ты всё равно выйдешь замуж. Мы тебе предлагаем только помощь, – взял слово отец Фрост.

– Милая, давай мы поговорим с тобой без отцов. Они не прислушались ко мне, – зыркнула мама на всех троих, отчего они лишь глаза закатили, – и давят на тебя. А я прекрасно тебя понимаю, всё-таки ты моя дочь. И характер мой, и даже внешность.

– Я совсем на тебя не похожа, – нахмурилась я, успокаиваясь от маминых поглаживаний руки.

– Ты похожа на меня в моём мире. Просто одно лицо, – улыбнулась мама.

– Ты никогда мне этого не говорила, – растерялась я, пытаясь понять, как такое могло случиться.

– К слову не приходилось. И не пытайся найти логичное объяснение. Такова шутка Богини.

– Элен, ты зря её отвлекаешь. Вопрос серьёзный. Когда-нибудь она станет королевой и не может оставаться незамужней.

– Я не хочу быть королевой, – взвыла я, разворачиваясь и выбегая из кабинета.

После окончательного принятия того факта, что мне небезразличны сразу трое мужчин, свадьбы с Ифором, а потом и рождения Физона моя жизнь устаканилась. Можно сказать, это был очень долгий медовый месяц. Мужчины смирились со своим сосуществованием, и с моими чувствами сразу к троим. Только государственные дела отвлекали нас друг от друга и сыновей.

Смотреть, как мужчины играют с мальчишками, не делая различия между ними, было просто непередаваемо. Сначала они опасались тех «странных» конструкций, что соорудили для них Шанир с Васиком – мои самые потрясающие мастера по дереву, которые не захотели переезжать в столицу из графства Монтеро. Даже набирающая популярность мебель от НелэШ (так они назвали свою фабрику, просто перевернув моё имя и добавив Ш на конце) не заставила их переехать. Там им было спокойнее, свободнее, и творили они от души, а не ради заработка. Так они сами сказали.

Так вот, НелэШ соорудили не детский современный городок, который я им описывала, а настоящее произведение искусства. Пластика в этом мире не было, зато были некоторые материалы, прекрасно его заменяющие. Городок был разделён на малышовскую, детскую и подростковую зоны. Под это мы выделили целый зал во дворце. И если сначала мои мужчины побаивались отпускать туда сыновей, то со временем только в городке и играли.

Нолан и Физон родились с разницей всего в два с небольшим года, что для королевских отпрысков, как и для аристократов, нонсенс. Хотя из Шамбуры, нашего государства, аристократию мы практически выжили. Теперь повсеместно мы продвигаем активных и талантливых, без оглядки на родословную.

Меня расстраивало другое: стоило отцам уйти, как сыновья начинали драться и ссориться. Пока хоть один из мужчин был рядом, царила идиллия. Я не знала, что делать. Проводить всё время с ними мы не могли. Да, у мальчиков вдвое больше родителей, чем привыкли в моём мире, нас четверо. Но и этого недостаточно. Есть уйма дел и обязанностей, когда мы все должны участвовать. А в наше отсутствие мальчики дерутся, поэтому няни их просто разносят по комнатам.

Мужчины меня успокаивали, что мальчики перерастут, подружатся, но что-то болело моё сердечко по этому поводу и не верило в это. Зато появление Лефании обескуражило всех. Что сказать, я испугалась за дочь, за реакцией Фроста и Милона наблюдала, как сапер-нововобранец.

– Милая, ты чего так напряглась? – спросил тогда Милон.

– Дочка от Ифора, – прохрипела я, поглядывая на свёрточек в руках счастливого папаши.

– Да, мы знаем. Теперь у каждого из нас есть свой малыш. Ты самая лучшая, – поцеловал мои руки Милон.

– Неужели ты подумала, что мы можем навредить малышке из-за трона? – посмурнел Фрост. На его лицо будто туча набежала. Тут и Милон посмотрел на меня осуждающе.

– Нет. Уверена, что не навредите. Но по закону выходит…

– Ей достанется трон нашего рода, хоть к нему она и не имеет прямого отношения, – грустно улыбнулся Фрост, – Значит, такова воля Богини. Наше продолжение будет иным, в сыновьях.

– Да, чего ты распереживалась? – возмутился Милон.

– Спасибо, – неловко улыбнулась я тогда. Хотя опасения всё же были. Не могли меня никак покинуть. Именно поэтому я долгое время тщательно наблюдала за своими мужчинами в отношении Фани – так сокращённо и ласково я стала её называть, а с моей лёгкой руки и все вокруг.