Не забудь своё имя в пути (СИ)

ПРЕДИСЛОВИЕ.

Той весной Анна не собиралась, да и не хотела никуда уезжать. Дел и без того было по горло: выпускной 9 класс, парочка профессиональных конкурсов, недавно родившийся внук.

Потянула её на весенних каникулах в Питер необходимость помочь подруге.

Ольга, прожив со своим мужем без малого тридцать лет, вдруг обнаружила, что Федор давно живет на две семьи. Потрясение оказалось не только неожиданным, но и очень болезненным. Соперница была гораздо моложе, нахальнее да ещё почему-то бывший супруг вбил себе в голову, что Ольга должна покинуть их дом только с принадлежавшей ей одеждой.

Безобразный развод оказался вершиной этой и без того мерзкой истории. Федор в зале суда вел себя возмутительно: кричал, что в доме всё его, заработанное непосильным трудом, а Ольга только и делала, что создавала невыносимую обстановку в семье, что... Кто хоть раз пережил эту процедуру знает, какую ненависть в таких случаях проявляют по отношению к бывшим женам блудливые мужья.

У Ольги от обиды вполне предсказуемо скакнуло давление, и она покинула зал суда в карете "скорой помощи". А потом у женщины проявился весь букет неприятных последствий нервного срыва: бессонница, стресс да ещё она перестала есть, а то что могла положить в рот вызывало тошноту и рвоту. Ольга не могла говорить ни о чем другом и, потеряв половину своего веса, разом состарилась лет на десять.

- Это никуда не годится! - со вздохом пришла к выводу, навестившая подругу Анна после того, как в сотый раз выслушала уже приевшуюся историю об измене. - Тебе нужно выкинуть эту парочку из головы и начать всё сначала!

- Сначала? В пятьдесят лет? Анечка, что ты говоришь? Смерть уже где-то на пороге: до амуров ли мне?

- Пятьдесят лет по нашим временам - средний возраст. А без амуров тоже люди живут и хорошо живут! Давай-ка я отвезу тебя к Елизавете Львовне в Питер. Женщина она необыкновенная, да ещё и сам город посмотрим. Ты когда из дома в последний раз выезжала?

- С маленькими детьми в Анапу ездила.

- Так твоим девчонкам уже под тридцать. Море - это всегда хорошо, но сейчас нужно что-нибудь другое.

Ольга вроде бы без особого энтузиазма встретила это предложение, да и самой Анне Сергеевне пришлось работать как каторжной, чтобы всё утрясти дома и в школе. Проблемы множились как кролики, но в нужный день подруги всё-таки очутились в поезде вместе с наспех собранными сумками, подарками и контейнерами с отварными яйцами и запеченной в духовке курицей.

Соседями по купе оказались пожилой пузатый итальянец и его молоденькая русская жена. Наконец-то отвлекшаяся от собственных бед Ольга провела почти сутки пути в чтении какого-то романа, на обложке которого суровые эльфы сражались с девицей, главным элементом одежды которой были ремни, переплетающие тело в самых неожиданных местах. Анна подивилась странному выбору подруги: её вкусы она знала не хуже собственных. Ольга любила любовные романы и млела, зачитываясь сценами объяснений в любви. Да, сильно повлиял на неё развод: похоже теперь её раздражают даже выдуманные любовные парочки. Впрочем, чем бы дитя не тешилось....

Анна, облегченно вздохнув, углубилась в предусмотрительно захваченный в дорогу детектив Поляковой. Честно говоря, поездка была для неё единственной возможностью расслабиться, выспаться и почитать что-либо помимо профессиональной литературы.

Кто-то в кого-то выстрелил, труп плавал в луже крови, и предельно запутанный сюжет переплетался ещё и с полной страсти любовной интригой. Напротив ворковали на русско-итальянском молодожены, а притихшая Ольга то прислушивалась к ним, то уходила с головой в запредельный сюжет фэнтези.

И что ещё нужно для отдыха даме под пятьдесят?

Московский вокзал их встретил прекрасной погодой. Светило солнце, дул легкий освежающий ветерок, и температура стабильно держалась где-то на - 5.

- Я думала в Питере всегда идет дождь, - удивилась Ольга, - а здесь погода даже лучше, чем у нас на юге.

- Даже не мечтала, что мы окажемся столь везучими. Представляешь, как здорово будет гулять по Невскому? Фотографий наделаем!

Елизавета Львовна была подругой недавно умершей матери Анны. Восьмидесятилетняя шустрая старушка обитала в районе метро "Автово" в огромном доме - классическом образчике "сталинского ампира". В её коммуналке постоянно проживала только она, остальные же соседи сдавали свою жилплощадь то и дело меняющимся квартирантам.

Люди среди них попадались разные, поэтому пожилая женщина находилась в постоянном боевом взводе, готовая защищать свой кухонный стол и шкафчик для посуды от посягательств нахальных личностей.

А ещё Елизавета Львовна была заядлой театралкой, посещала литературный кружок местного Дома архитектора и училась на курсах по испанскому языку. Мы попали к ней как раз в тот момент, когда старушка напряженно готовилась к зачёту.