Не ядом единым

Мне всегда казалось, что нет проблемы, с которой я не смогу справиться. Конечно, звучит очень самонадеянно, но в моем случае по-другому просто не может быть. По своей воле я ушла оттуда, где обо мне заботились, где меня, возможно, любили и оберегали. Своими руками я убила ту, которую считала своей сестрой. И только от меня теперь зависит собственная жизнь. И не только она.

Когда молодая амбициозная королева решила создать себе идеальных охранников, она начала всё с самого начала — купила маленьких рабынь, еще не испорченных жестокостью хозяев, благодарных и покорных. Нас вырастили для одной лишь цели — беречь свою единственную госпожу, но через много лет Зуй решила предать ее. Позволить подобное я не могла, точно так же как и обречь страну на короткую кровопролитную войну, которая обязательно случилась бы, если клинки бывшей телохранительницы достигли цели и убили одного из отпрысков королевской семьи соседнего государства. Меня учили быстро думать и принимать решения, точно так же как и двигаться, в результате… А в результате я сделала выводы, еще раз взглянула на этого принца и убила. Надеюсь, Зуй не успела понять, что выбор был не в ее пользу.

Это стало моим личным предательством. Я выбрала долг, а не дружбу. Я… впервые передо мной был такой сложный выбор, обычно сомнений не было — главное уберечь госпожу — остальное лишь средство. А здесь пришлось спасать страну и одного не самого приятного, но отчего-то уже знакомого и взятого под опеку мужчину. Потом я сотни раз представляла иной выбор, представляла Зуй живой… и кривилась от отвращения к самой себе.

Так почему же считая принятое собой решение правильным, я все равно испытываю угрызения совести? Почему так стараюсь принимать только верные и единственно правильные решения? Что же во мне такого сломалось в тот вечер?

И почему я, вместо того чтобы справляться с проблемой, сижу в каком-то подвале и, уткнувшись лицом в колени, стараюсь не расплакаться от бессилья?

Все началось как самое банальное задание, и тяжелее всего мне казалась обязанность общаться с детьми своей новой госпожи. Их у нее было трое — старший сын, спокойный нелюдимый подросток, и пара совсем еще крошечных близнецов. После тяжелых родов леди Сиора, невысокая миловидная аристократка, заметно ослабла здоровьем. Эта особа, некогда сиявшая при дворе, теперь предпочитала визиты в салоны ближайших подруг и лишь изредка сопровождала мужа на приемы и балы. Что полностью соответствовало характеру и предпочтениям ее мужа, но входило в резонанс с ее собственным живым темпераментом.

Пэр Сиор занимающий видную должность при местном дворе, вообще отличался редким спокойствием и нерасторопностью в делах. Основательный мужчина флегматичного вида безумно любил свою обаятельную супругу, всячески балуя ее подарками и уступая пожеланием хоть иногда выбираться из их уютного дома на одной из престижных зеленых улочек столицы.

Именно из-за этих поездок придворный муж и нанял меня. Последнее время дела его шли довольно напряженно, и благородный пэр начал подозревать злой умысел против своей семьи. Мне он ничего объяснять не стал, уверив, что в моем постоянном нахождении в его огромном доме действительно есть нужда.

Доказательства не заставили себя ждать.

В одном из модных салонов, который решила посетить госпожа, на нее совершилось покушение. Притом, женщину старались именно убить, сделав это как можно более устрашающе — у наемных убийц я обнаружила кинжалы, которыми полагалось распарывать живот, а не наносить один точный удар. Все же, как телохранителю мне приходилось разбираться в различных орудиях и способах убийства. Поделившись своими соображениями с мужем госпожи, я и без его слов получила подтверждение своим догадкам, так побелело его лицо.