Не вооружен, но мамонтоопасен

– Всё, дорогой мой, я от тебя ухожу. К другому, – отчеканила Лаура и решительно направилась к двери, обдав меня головокружительным ароматом парафинового масла. – К другому секс-роботу. Ты, как мужчина, ей и в подметки не годишься.

Наши ссоры всегда протекали по определенному сценарию. И на этот раз Лаура не отступала от него ни на шаг. Я поплелся за ней, ломая голову, чем же опять не угодил.

– Лаура!

Она резко остановилась, шарниры в её левом колене жалобно скрипнули.

– Я ухожу, – голос ее звучал глухо и безжизненно (специально ведь установила модулятор громкости на такой уровень!). – И не пытайся меня остановить. Ты за мою техподдержку не платишь. Я женщина свободная и не обязана тебе подчиняться.

Что ж, как ни крути, а против правды не попрёшь. В последнее время я действительно пренебрегал Лаурой - с головой погрузился в тренировки, готовясь в очередной раз подвергнуть свою жизнь смертельной опасности а, может, и вовсе - сгореть заживо дотла.

– Прости меня, – взмолился я. – Но давай поговорим об этом позже. Необязательно ведь уходить прямо сейчас…

– Не о чем тут говорить, – отрубила Лаура и схватилась за ручку двери. – Ты на меня болт забил, дорогой! Который месяц ты не обращаешь нам меня никакого внимания, я устала! Ты обещал исправиться, но что на деле? – она испустила трагический вздох и картинно застыла, словно суперзвезда из очередного мыльного сериала. – А ничего, пшик. Сил моих больше нет, Ральф! Сколько можно? Надоело! Я заслуживаю большего! Пока не возьмешься за ум и не начнешь шевелить мозгами, ноги моей здесь не будет, псих полоумный!

Дверь распахнулась. Взвизгнули, чиркнув по полу, хромированные каблучки-шпильки, и Лаура исчезла, оставив напоследок лишь благоухающее облачко из смеси «Живанши» и озона.

– Господи, за что мне это? – стукнулся я лбом об стену. – Ну почему именно сейчас?

Закатить скандал, хлопнуть дверью и уйти прямо перед «прыжком» стало её излюбленным развлечением. И это уже в пятый раз! Конечно, она вернётся, по крайней мере, она всегда возвращалась сразу же после «прыжка», сочащаяся машинным маслом и дребезжащая развинченными в порыве душевного волнения винтиками. Ещё бы – только что на ее глазах я, этакий крутой мачо, покорял просторы Вселенной. То, что сам я в подобные мгновения чувствовал себя дурак-дураком – другой вопрос. Но, согласитесь, бросить парня за день до того, как он собирается протаранить небо на скорости в 25 Мах – разве это не свинство? Но женщины есть женщины, что с них взять? Все они одинаковы – и «железяки», и «мягкотелы». Да и то сказать, Лаура имела все основания меня бросить.

Я потащился в гостиную и замер перед прадедушкиными скафандрами, чуть тронутыми ржавчиной. Что же делать? Заново снять кривую нагрева, пока я, имитируя вход в атмосферу, балансирую на куске ломкого, покрытого огнезащитным сплавом пенопласта в метр шириной и пытаюсь не зажариться в яростно горящем раскаленном потоке плазмы-паяльной лампы, что висит в нескольких сантиметрах от моего защитного шлема? Или нажраться до розовых слоников? Ненавижу дилеммы. Думать, решать, выбирать – есть в этом что-то донельзя вульгарное.

Чтобы подготовиться к соревнованиям по фристайлу, надо тренироваться денно и нощно. Уж я то знаю, повидал на своём веку немало беспечных идиотов, от которых после «прыжка» рожки да ножки остались. Так что насчет собственной неуязвимости я иллюзий не питал, тем более, что согласно правилам, выживание участников – дело рук самих участников, и на помощь рассчитывать не приходится. Но, с другой стороны, Лаура ушла, у меня всё перед глазами плывет и из рук валится, какая тут может быть тренировка! Возможно, прими я горячую ванну и выпей чашечку саке, я бы и восстановил утраченное спокойствие духа, но только не сегодня, так как сегодня вечером намечался «предпрыжковый» званый ужин. Руководство клуба предпочитало, чтобы его члены бились и калечились до гонок (полагаю, все дело в страховой надбавке и желании свести ее к минимуму), поэтому нас ожидали легкие закуски, бифштексы с кровью и пара глотков старой доброй огненной воды. Итак, терзаясь сомнениями – упиться в дым или нарезаться в хлам, я прочно застрял у быка на рогах, но тут проснулся и истошно затрезвонил телефон.

– Ральф? Ральфи? Как поживаешь?

О, и монитор включать не надо, и так понятно, что это Фиона, сестра моя сводная. Нашла время звонить! Впрочем, это как раз в ее репертуаре.

– Нормально, – выдавил я из себя.

– Что-то непохоже, – подозрительно отозвалась Фиона. По ее мнению, если ты не прыгаешь целыми днями до потолка от счастья, ты настоящий преступник.

– Меня Лаура снова бросила, а у меня завтра «прыжок», – простонал я.