Не входи в этот город

Жить и воспитывать детей бок о бок с эльфами — сущее удовольствие, но и сущее наказание. Конечно, детки растут крепкие, веселые, нельзя похаять. Но время среди эльфов течет по-иному. Если бы Ахатани и Халлис не спрашивали у эльфов, мы бы напрочь запутались с днями рождения. Однажды мы дожидались праздничного пирога без малого два года, зато в другой раз я чуть не рехнулся, справляя два дня рождения Тайона с разрывом всего в полторы недели. Опять же, наблюдая за играми, никогда не знаешь, то ли похвалить мальчиков за несвойственную их возрасту смекалку и храбрость, то ли поругать за то, что в их возрасте проводить время за такими детскими забавами просто стыдно. Когда я спрашивал эльфов, они неизменно пожимали плечами и недоуменно спрашивали: «А какая разница?» В конце концов я перестал допытываться.

Вот, скажем, сегодня. Пристала ли Тайону и Тенхалю такая игра? А эльфы им потакают. Совсем разбаловали. Хотя стоит ли их винить? Лодочку-то вырезал я сам.

Тайон и Тенхаль, визжа от восторга, гоняли лодочку взад-вперед по ручью. Эррон, тот самый эльф, с которым мы так славно в свое время пели у костра, стоял в ручье с закатанными до колен штанами и присматривал, чтоб забава не зашла слишком далеко: в лодочке сидел молодой эльф и ловко справлялся с парусом к полному восторгу обоих сопляков. Опять же понять не могу: на самом деле эльфы могут менять свой рост по желанию, или оно только так кажется? Эррон в ответ на мои расспросы только смеялся: «Конечно, по-настоящему. Как же иначе мы могли бы переночевать в чашечке цветка, если иного крова нет?»

В чашечке цветка, как же! Что-то я ни разу не видел, чтобы хоть один эльф с утра пораньше или в какое иное время щеголял, измазанный пыльцой. Впрочем, а кто их знает? С ними никогда ничего не поймешь.

— Тайон! Тенхаль! Обедать!

Мальчики оторвались от игры с сожалением, но безропотно. Я даже зажмурился, когда Тайон едва не наступил мне на нос.

— Вылезай, Наемник, — окликнул меня Эррон. Я, ворча, поднялся во весь рост. Ума не приложу, зачем эльфам понадобился Страж Границы? Затаиться в их обществе совершенно невозможно. Я-то думал, что на сей раз мне удалось — оказывается, нет. Пора бы уже перестать и пробовать.

Молодой эльф шагнул с лодочки на берег, мгновенно обретая свой истинный рост. Во всяком случае, думаю, что истинный. Эррон сел рядом со мной и привел закатанные штаны в надлежащий вид.

— А я раньше думал, что вы не можете ступить в текучую воду, — вспомнились мне мои прежние представления об эльфах.

— Побасенки, — засмеялся Эррон. — Сам видишь.

— Вижу.

— Это Силы Зла не могут, но сплетни кого угодно с кем угодно перепутают.

— Тоже верно, — я сел и потянулся. — Искупаться, что ли?

— Да нет, — покачал головой Эррон. — Времени мало. Тебе сегодня будет не до купания.

— Отчего так?

— У тебя сегодня гости.

Я с подозрением взглянул на Эррона.

— Очередной эльфийский розыгрыш?

— Если бы! — Эррон поморщился. — Нет, гости настоящие.

— Хотя бы приятные? — Я все еще не воспринял его слова полностью всерьез.

— Не сказал бы, — Эррон досадливо повел головой. — Во всяком случае, один из них тебе очень не понравится.

Кажется, именно в этот момент я ему поверил. Мое хорошее настроение словно испарилось.

— Интересно, хватит ли им обеда? — вслух подумал я.

— Они прибудут после обеда. И я тебе советую заставить их дождаться ужина.

— Не накормить людей с дороги?! — я ушам своим не верил.

— Вот именно. Так оно будет лучше.

Вспоминая этот во всех отношениях примечательный ужин, я до сих пор не знаю — а не было ли происшедшее в этот вечер одним большим эльфийским розыгрышем? Ведь Эррон знал откуда-то заранее. Или предчувствовал. Понятия не имею. Ничего с эльфами нельзя знать наверняка.

Гости действительно заявились, едва мы успели отобедать. Загорелый высокий парень представился Фархом. Второй, бледный и худой, с неправдоподобно широкими для его сложения плечами, назвался Харраном. Оба они носили знаки различия Боевого Ордена, но у Харрана не было с собой Клинка Боли. Отчего бы это? К тому же на нем были еще какие-то цацки, мне неизвестные. Стоит призадуматься.

Загадка разрешилась сама собой, когда я пригласил гостей помыться с дороги: уж в чем-чем, а в горячей бане у эльфов толк знают. Харран оживился и тут же принялся стаскивать с себя пропотевшие в дороге одежды, а Фарх заюлил, заныл: дескать, и голову ему напекло, и задницу он седлом натер, и вообще он лучше посидит в холодке. И Харран, уже полураздетый, вдруг мигом ощутил боль в животе и принялся вновь одеваться. С трудом подавляя ярость, я принялся уговаривать Фарха все же помыться: нет, мол, лучшего средства от хворей. Для перегретого человека с натертой задницей Фарх согласился необыкновенно легко. Харран же мигом последовал его примеру: вдруг да и ему полегчает?