(не) Мой ректор

– Сидоров! – я поставила жирную точку в журнале и грозно вскинула взгляд на притихших учеников. Весь класс тут же с облегчением выдохнул, кроме бедного Сидорова. Он же в ответ застыл за своей партой, словно изваяние. – Тихон, чего ты ждешь? Иди к доске. Покажи всем как ты решил домашнюю задачу.

– Софья Павловна, я ее не решил! – с обреченным видом сообщил Тиша, известный хулиган и лодырь. Но он был настолько обаятельным, что учителя прощали ему все грехи. Хотя двойки ставить не забывали. А я честно пыталась спасти его от очередного неуда, поэтому и вызвала с домашней задачей. Двойка в конце года для выпускника могла стать роковой.

– Эх, Сидоров, Сидоров! И когда ты дорастешь до осознания того, что знания в первую очередь нужны тебе, а не мне? – вопросительно выгнула бровь. Только вопрос мой был понят совсем не так, как я хотела бы.

– А мне-то они зачем? – совершенно искренне удивился парнишка. – Неужели вы думаете, что мне когда-нибудь пригодятся интегралы или эти ваши производные? Я в музыкальный колледж поступать буду.

– А вот это ты зря! – покачала я головой. – Елена Вячеславовна, наш завхоз, утверждает, что интегралы постоянно ей требуются в жизни.

– И что она с ними делает? – вытаращил глаза Сидоров. – Еще скажите, что она высшую математику знает.

Одноклассники сдавленно фыркнули, пытаясь задавить смех, рождавшийся в их груди.

– Насчет высшей математики я не знаю. Но сворачивать проволочку в форме интеграла, чтобы доставать провалившиеся ключи от гаража, она научилась давно. И пользуется этим навыком постоянно.

Тут класс не выдержал, и всё же дружно загоготал. Пришлось постучать указкой по столу, чтобы утихомирить расшалившихся учеников. Я замерла, ожидая, когда они успокоятся. Зато вышли из состояния сонных мух. Веселье продолжалось примерно минуту. Постепенно все успокаивались, и класс наконец затих.

– Так, на решение задачи Сидоровым времени у нас не осталось, – состроила грустную гримасу теперь уже я. Все же, когда на улице май, тяжело приходится и учителям, и ученикам. Настроение рабочим назвать никак нельзя. – Кто сделал домашнее задание и готов его нам продемонстрировать?

Над рядами понялось три руки. Да, похоже, здесь и моя вина имеется. Как же я так объясняла материал, что большая половина класса ничего не сделала? Придется еще раз пересмотреть свои поурочные планы. К доске вышел Володя Кравцов. Он быстро и безошибочно написал на доске решение. Хорошим и, главное, понятным языком для остальных, объяснил задачу.

Я с чувством глубокого удовлетворения поставила ему пятерку, и мы перешли к новому материалу. А Сидорову и еще трем лентяям я велела сдать тетрадь на проверку. Это, конечно, был запрещенный прием. Учитель проверяет рабочую тетрадь по лишь ему известным критериям. И при желании может влепить трояк за неаккуратный почерк. А может эту же тройку поставить за то, что там хоть что-то написано. Двойные стандарты, ничего не поделаешь. Зато они помогают торжеству справедливости.

Наконец прозвенел звонок. Хотя учителя так не говорят. Особенно учителя математики и физики. Про остальные предметы судить не берусь. Только нам всегда не хватает времени. Кажется, если добавить к уроку еще минут десять, то успевать мы будем намного больше. Однако сегодня я была ему особо рада. Все же последний урок и пятница – последний рабочий день недели. А выходные предстояли веселыми. Наташка Петрова выходила третий раз замуж.

Предыдущие две ее свадьбы запомнились нам надолго. На первой я умудрилась опрокинуть свадебный торт. Слава богу, подруга не обиделась. А лишь потом твердила:

– Это был знак! А я, дура, его не увидела.

На второй невесту украли. Только жених к тому времени успел так набраться, что не понимал, что от него хотят. В итоге мы искали ее всем женским коллективом, толкая незадачливого молодожена впереди себя как паровоз.

Надеюсь, что и третья исключением не будет. Тем более мне самой побывать в статусе замужней дамы так и не довелось, хотя возраст давно перевалил за сороковник.

Я планировала в эти выходные хорошо отдохнуть. Не часто мои подруги замуж выходят. Скорее, бывают свадьбы уже у их детей. Своих я так и не завела. Хотя вся родня намекала, что можно «родить для себя». А чужие детки меня на торжество не звали. И платье глубокого синего цвета с купонной вышивкой на подоле уже давно висело в моем шкафу не выгулянным.

Почему не рожала? Считаю, что на такой подвиг должна идти женщина, которая этого искренне хочет. А я не хотела. Нисколько. Регулярно общаясь с современной молодежью, радовалась, что дома у меня не живет подобное сокровище.