Не ходите дети...

Глава первая. Доигрались!

Откровенно говоря, особого впечатления хвалёный колдун не производил. На могущественного волшебника, с лёгкостью управляющего законами природы этот Магадхлела никак не тянул. То, что дома в России магией в основном занимаются дамы пред и постпенсионного возраста, Андрею Шахову было привычно и по большому счёту, безразлично. Но от африканского колдуна он всё же ожидал большей… ну, скажем, респектабельности. Хотя бы по местным меркам. Психологически трудно поверить, что с твоими проблемами сможет разобраться оборванец, не сумевший толком обустроить собственную жизнь. И свой дом, между прочим, тоже. А убогое жилище Магадхлелы язык не поворачивался назвать даже стилизацией под старинную зулусскую[1] хижину. Самая натуральная хижина и есть. И это бесило Шахова едва ли не больше, чем затрапезный вид самого волшебника.

Нет, ну в самом деле! Даже в распоследней Папуасии колдун не может не быть авторитетом во всех смыслах этого слова. Его должны уважать, бояться, и всячески задабривать. Так мол и так, не побрезгуй, прими подношеньице! И может быть, Андрей не так уж внимательно присматривался к жизни аборигенов – не до того было, но всё-таки успел понять, что живут здесь, в Южной Африке, по-любому не хуже, чем в какой-нибудь Молдавии. И такие элементарные вещи, как холодильник или телевизор, уважающий себя и уважаемый прихожанами волшебник может себе позволить. Какие б там ни были традиции. В конце концов, горит же самая обычная лампочка в его хижине. Значит, можно колдунам пользоваться благами цивилизации. Так какого же лешего он прибедняется?

Ладно, нравится тебе спартанская обстановка – твои проблемы, но хоть о посетителях подумай. Взять хотя бы этот дурацкий очаг – дымит ведь почище паровоза. Интересно, чем здесь вместо дров пользуются? Один сушёный навоз такой вони не даст, как ни старайся. Не иначе, старикан ещё и травок в огонь подсыпал, зря что ли они по всему дому развешаны. Лучше бы вытяжку догадался повесить.

Хотя, куда тут её прикрепишь? Весь дом, словно корзинка, из прутиков сплетён. И два столба посреди комнаты явно не для украшения стоят. Небось, если их убрать – крыша тут же обвалится. Нет, задерживаться здесь дольше необходимого Андрей с самого начала не собирался, а теперь и подавно.

А этот Гендальф Чёрный, как нарочно, церемонию развёл. Сидит, аки Будда, в позе лотоса – стульев в доме, понятное дело, тоже не предусмотрено – улыбается и знай себе расспрашивает, кто такие, да откуда. И между прочим, его не по годам гладкая и упитанная физиономия с окружающей нищетой тоже плохо гармонирует. А циновки-то жёсткие. Самому-то Андрею хоть бы что – всё-таки не один год, то каратэ, то аики-до занимался, а Гарику, наверное, неудобно. Парнишка всю ночь по местным просёлкам в машине протрясся, и вот такой ему после этого отдых – на собственных пятках. Пора бы уже и к делу переходить, пока у студента совсем ноги не затекли.

Магадхлела, словно бы подслушав мысли Шахова – а собственно, почему бы и нет, если он действительно колдун – с шумным вздохом поднялся, расправил линялый, но всё ещё красный балахон, погремел развешанными по всей груди бронзовыми побрякушками и спросил:

– И что вам нужно в моём доме, люди из далёкой страны?

Возможно, он просто не слишком хорошо владел английским, да и хриплый, почти армстронговский голос тоже не прибавил словам любезности, но прозвучало это примерно так: за каким дьяволом вы ко мне заявились, чужаки?

Андрей машинально хрустнул костяшками пальцев. Теперь он и сам затруднялся ответить, зачем развёл такую бурную деятельность? И без того уже, вроде бы, забрались на край света, так ему и этого мало – понадобилось переться совсем уже к чёрту на рога. Неужели он и в самом деле хоть какое-то мгновенье верил, что этот ёкарный бабай сумеет им помочь? И что произошло с ним самим – внезапное помрачнение сознания или просто давно намечавшийся нервный срыв?

* * *

Эта поездка в Южную Африку с самого начала пошла через гланды. Даже не так – проблемы посыпались ещё до отъезда. Вадим Бернштейн – давний партнёр по бриджу[2] – сам же его сагитировал и вдруг в последний момент стал тормозить. У него, видишь ли, сроки научной конференции на месяц перенесли. Отказываться неудобно – там такие люди будут – светила науки, профессора с академиками. А он, Андрей, получается, не люди, да? Не участвовал он никогда в этих турнирах, и сейчас как-нибудь обошёлся бы. Так Вадик ему всю плешь проел: давай попробуем, интересно же, ребята в прошлом году ездили – им понравилось. И даже потом, когда стало ясно, что сам он на турнир не попадает, всё равно продолжал уговаривать. Опять та же песня – неудобно, пришлось серьёзных людей беспокоить, чтобы за нас организаторам словечко замолвили, если откажемся – больше никогда не позовут.