Не цепляясь за жизнь

Филатов, стоял перед входом в старую и уже давно заброшенную церковь. Её кирпичные стены, с отвалившейся штукатуркой, показывали красные пятна кирпичей, готовых простоять ещё века стен.

Высоко под куполом, ещё хорошо сохранившемся, но уже утратившим позолоченную обшивку, ворковали голуби, крутясь, как заводные, перед друг другом и воркуя слова любви, на своём голубином языке, с единственной целью, – зачать и вывести птенцов, чтобы пополнить следующее крылатое поколение сизокрылых крыс.

Взявшись за потрескавшуюся дверную ручку, он потянул на себя тяжёлую створку ворот. Она сначала не поддалась, но работая рукой, как рычагом, он расшатал, дверной засов и тот вывалился ему под ноги, с жалким скрипом до конца исполнившей свой долг железяки.

Войдя, в тёмное помещение, он оглянулся вокруг. Везде царили следы запустения. Когда-то, после свержения царя, во времена воинствующего атеизма, – церковь закрыли. Потом, уже намного позже, так и не разрушив её, переделали под склад готовой продукции, одного из предприятий Петровска.

С победой воинствующего капитализма, склад из церкви убрали. Продукцию завода забрали, а церковь, так и стояла пустой, не дождавшись – ни денег на реставрацию, ни прихожан, ходивших в сохранившуюся другую церковь. Ни алтаря, ни икон, в церкви не сохранилось, только стены, с остатками росписей, преимущественно под потолком, сохранили старые фрески с житиями святых и сцен из религиозной жизни.

Внимательно посмотрев наверх и сочтя помещение подходящим, Филатов, взял принесённый с собою веник и занялся уборкой. Очистив от пыли и хлама её центр, он расстелил небольшой полиуретановый коврик, прихваченный из магазина "Рыболов" и опустился на него на колени.

Стоять на них, было неудобно и непривычно, тогда он изменил положение тела и уселся, как Будда и стал переходить в состояние медитации, читая про себя "Отче наш". Постепенно его стала накрывать волна умиротворенности и спокойствия и он уверенно перешёл в состояние медитации. Его дыхание выровнялось, а пульс уменьшился.

Закрыв глаза, он выпустил из себя то, что было внутри его. Его душа, неуверенно оглянувшись, окутала тела плотным облаком. В церкви, в тот же миг, словно случился звездопад. Вокруг заблестели и заплясали разноцветные искорки, словно песчинки в потоках цвета.

Окутавшее Филатова прозрачное облако, стало притягивать эти искорки и жадно поглощать их растворяя в себе. Аура синего цвета, видневшаяся, для тех кто мог видеть вокруг Филатова, стала насыщаться красками и приобрела резкость и чёткость цвета, затем ярко вспыхнула, достигнув предела насыщения, а потом стала гореть ровным цветом.

Душевная сущность, втянулась в его тело обратно, а яркий мир осколков души, круживший вокруг Филатова, утратил краски и постепенно погас. Через пару минут, очнулся и Филатов. Открыв глаза, он увидел, тоже помещение, что и несколько минут назад, но что-то в нём всё-таки изменилось.

Так и не разобравшись в своих эмоциях, он свернул, свой коврик и вышел из церкви, аккуратно затворив за собою хлипкую дверь, подперев её, куском широкой доски, найденной поблизости. На душе, было чисто и светло, тело, словно налилось энергией. Старые болячки, вроде ноющих суставов коленей, отступили и не напоминали о себе. Удовлетворённый полученным эффектом, он направился к Хатабу, ждущему его.

Всё это время, они занимались зачисткой города, по просьбе местных жителей. Всё в остальном проходило штатно и без особых напрягов. Зомби, были все низкоуровневые и в малом количестве, но один случай, выбил их из привычной колеи.

В тот день, как обычно поднявшись с утра и наскоро позавтракав, они захватив оружие, отправились по одному из адресов, проблемных домов Петровска. Идти предстояло далеко, в район бывшего здания газпрома, где в мешанине административных корпусов и рядом находившихся частных гаражей и сосредоточенно было гнездо мутантов.

Там давно никто не ходил. Администрация в конце эпидемии покинула обжитое место работы, а местные жители, было туда сунувшиеся, погибли, поневоле передав информацию остальным, что силы слишком были неравны. Снайперская винтовка и аналогичный ей автомат, показались им, чересчур неудобным оружием и они взяли по дробовику и Стечкину. Рассовав патроны с картечью по разгрузке, они двинулись в ту сторону.

Добравшись до места, Филатов долго рассматривал здания газпрома в бинокль. Движение внутри и рядом было. Но рассмотреть, кто там бродил не было никакой возможности – слишком быстро они перемещались.

Но на рептилоидов, они были не похожи, на бугая и бегуна тоже, оставались любимые им плевальщики. Машинально потянув, захваченную им саблю, он вытащил её из ножен и полюбовавшись вспыхнувшем серебристым светом клинка, сунул её обратно, обретя, необходимое ему спокойствие.