Навка, ну ты мерзавка!

Он вышел из душа, обмотав бедра полотенцем. В этот миг в комнате послышались чьи-то шаги.

– Танюшка, это ты? Как хорошо, что ты вернулась! – просиял Александр. Он уже было испугался, что та всерьез рассердилась и тогда пощады не жди. Но оказалось, что радоваться рано.

Девушка ничего не ответила. Она молча измерила парня долгим пронзительным взглядом. Белое пушистое полотенце едва держалось на узких бедрах. На обнаженном атлетическом торсе, на широких плечах соблазнительно блестели капельки воды. Кубики идеального пресса игриво осветило утреннее солнце. От тела шел тонкий аромат освежающего и в то же время чувственного геля для душа. В другое время от всего этого можно было сойти с ума. Но только не сегодня.

– Всё, Щукин, с меня хватит! – мрачно объявила девушка. Быстро собрала свои длинные волосы в роскошный конский хвост и решительно вытащила из кладовки чемодан. Оказалось, что Татьяна вовсе не вернулась, а просто явилась забрать свои вещи из квартиры Александра.

– Танюша, милая, прости ты меня, дурака! – кинулся он вслед за ней и попытался обнять.

– Оставь меня в покое, – та резко сбросила его ладони со своих плеч.

– Куда ты собралась? – парень снова попытался перегородить дорогу.

– Ухожу к маме.

– Ну, что я должен еще сделать?! – вдруг взмолился он. – В ноги упасть, чтобы вымолить твое прощение?

– В ногах валяться не стоит. Впрочем, валяться как раз можешь, сколько влезет. В постели. С этой своей… Как там ее? В общем, с той зеленоглазой блондинкой, – язвительно констатировала девушка, сохраняя олимпийское спокойствие.

– Да чтоб она провалилась, эта блондинка! – психанул тот. – Ну, осёл я, тупой осёл! Не устоял. Но и ты тоже должна меня понять, ты ведь снова уехала на свои бесконечные сборы.

– Угу. Хоть отпираться не стал, уже хорошо, – она явно не желала устраивать долгие разговоры.

– Ты даже не представляешь, как мне было одиноко и тоскливо! А тут подвернулась эта… Чтоб ее!

– Это очень уважительная причина, – хмыкнула Татьяна.

– Нет, конечно. Но сама понимаешь…

– Вот интересно, что же это тебе постоянно кто-нибудь подворачивается?

– Да откуда я знаю? – сделав наивное лицо, парень пожал плечами. – Липнут девки ко мне, вот и всё!

– Правда? Они? Не ты? – усмехнулась та.

– Они! Как увидят меня около тренажера в спортклубе и дуреют сразу. Что я могу поделать? – попытался оправдаться Алекс.

– Угу, а ты весь такой белый и пушистый. Хватит уже дурачком прикидываться! – бросила она на ходу и продолжила собирать вещи.

– Да никем я не прикидываюсь! Просто пытаюсь тебя удержать!

– Зачем? – устало вздохнула Татьяна. – Ты как был самцом, который не пропустит мимо себя ни одной юбки, так им и остался. А я-то дура, ведь видела же все с самого начала! Это было ясно как день. Но все-таки купилась на твои сладкие речи. Но с тех пор ничего не изменилось. В общем, с меня хватит!

– Танюш, а, может, не стоит нагнетать? – попытался улыбнуться Александр.

– Нагнетать?! Изменить накануне свадьбы! И теперь это называется нагнетать?! – ее возмущению не было предела.

– Проклинай меня. Называй всякими словами. Но только не уходи, – попросил тот. – Ты же знаешь, что я люблю и не могу без тебя!

– Как показала практика, без меня ты очень даже можешь. Можешь очень неплохо проводить время. Со всякими… Эм-м-м… Зеленоглазыми блондинками.

– Но что я могу поделать, если иногда во мне просыпается какой-то дикий зверь?

– Да пошел ты… Вместе со своим зверем! – мрачно процедила она.

– Танюша, милая, чем хочешь, клянусь, что это было в последний раз! – крикнул Алекс.

– Не нужны мне твои клятвы, – девушка явно не желала больше его слушать и решительно направилась к входной двери.

Но тут чемодан издал визгливый звук, и его вдруг подкосило. В самый неподходящий момент отлетело колесико. Это вынудило Татьяну задержаться в дверях.

Александр воспользовался удобным моментом, подскочил, перекрыл дорогу и быстро прижал девушку к дверному косяку. Всем телом.

– Отпусти меня немедленно! Или я буду кричать! – потребовала Таня. Начала сопротивляться, попыталась освободиться. Но парень крепко держал разбушевавшуюся девушку, опускать явно не собирался и быстро, пока она не успела опомниться, приник к ее губам. Долгий поцелуй вынудил бунтарку прекратить сопротивление, и она притихла. Сдалась.

– Щукин, какой же ты щукин сын! – прошептала Таня, когда, наконец, пришла в себя после поцелуя. Но ясно осознавала, что не в состоянии больше сопротивляться ласкам своего парня.

Дверной замок щелкнул вхолостую…

***

Татьяна проснулась рано утром. Ее парень еще спал, одеяло сползло и наполовину оголило его роскошный торс. Хотелось им бесконечно любоваться.