Наука Плоского мира. Книга 4. День Страшного Суда

Terry Pratchett, Ian Stewart, Jack Cohen: The Science of Discworld, Book 4: Judgement Day

Copyright© Terry Pratchett; Joat Enterprises; Jack Cohen, 2013.

This edition published by arrangement with Colin Smythe Limited and Synopsis Literary Agency

Cover artwork copyright © 1998 by Paul Kidby, www.paulkidby.net

Иллюстрация на обложке Пола Кидби

Есть один толковый способ сварганить мир.

Перво-наперво – создать его плоским, чтобы никто случайно оттуда не сверзился[1]. Ну а если кто подойдёт слишком близко к краю – сам виноват.

Ещё этот мир должен быть циркулярным, дабы своим неуклонным вращением порождать смену времён года.

Разумеется, у него должна иметься крепкая опора, чтобы он не провалился в тартарары. Саму же опору тоже нужно поместить на прочный фундамент.

Во избежание бесконечной регрессии фундамент должен по своей собственной воле делать то, что и положено фундаментам, а именно подпирать.

Чтобы обеспечить мир светом, создайте солнце. Оно должно быть маленьким и не слишком горячим, иначе погаснет раньше времени. А ещё оно должно двигаться вокруг мира, разделяя день и ночь.

Там должны жить люди. Какой смысл в мире, где никто не живёт?

Ведь всё на свете происходит либо по желанию людей (магия), либо по требованию сюжета (нарративиум).

В общем, нормальный мир – это Мир Диска: плоский, циркулярный, покоящийся на спинах слонов, в свою очередь прочно стоящих на гигантской космической черепахе. Наряду с обычными людьми его населяют волшебники, ведьмы, тролли, гномы, вампиры, големы, эльфы, зубные феи и даже Санта-Хрякус.

Хотя…

Есть и другой, дурацкий способ создания миров. К сожалению, иногда его не удаётся избежать.

Например, когда эксперимент в области фундаментальной магии на площадке для сквоша Незримого Университета пошёл вразнос и возникла угроза уничтожения вселенной, компьютеру ГЕКСу пришлось в один миг утилизировать огромное количество сырой магии. Единственное, что он смог сделать в подобной ситуации, – это активировать проект «Круглый мир». Создать волшебное силовое поле, парадоксальным образом удержавшее магию. После чего Декан сунул туда палец. Просто чтобы посмотреть, что будет. Вот так и возник Круглый мир.

Сам Круглый мир точно не знает, какой именно своей части он обязан такому названию. Порой имеются в виду планеты, а иногда – вся вселенная разом. Если не считать пары-тройки накладок, в течение последних тринадцати с половиной миллиардов лет Круглый мир в общем и целом находится на ходу. А началось всё с бородатого старика Декана. Поскольку там нет ни магии, ни нарративиума, Круглый мир функционирует по правилам. Не по тем правилам, которые выдумывают люди, а по тем, которые изобрёл он сам, Круглый мир. И это странно, ведь мир не может знать, каковы должны быть эти правила. Ничего нельзя утверждать наверняка, однако складывается впечатление, что он создаёт их между делом.

Он, разумеется, ничего не знает и о своём размере. На сторонний взгляд Круглый мир – это сфера, сантиметров тридцати в диаметре, пылящаяся на полке в кабинете Ринсвинда, – так, нечто среднее между футбольным мячом и сувенирным стеклянным шариком, внутри которого бушует метель. Однако изнутри всё выглядит куда серьёзнее: радиус сферы составляет около 400 секстильонов километров. По крайней мере, насколько это известно его обитателям[2]. А может быть, Круглый мир ещё больше. Может быть, он вообще бесконечен.

Такая громадная вселенная кажется вселенски избыточной, поскольку обитаема лишь крошечная часть её внушающих благоговение объёмов, а именно поверхность одной маленькой планетки всего каких-нибудь 12 тысяч километров в поперечнике.

Волшебники называют Круглым миром и её. Местные же именуют планету Землёй, поскольку она, собственно, из земли и состоит. Ну, за исключением воды, камней, песка и кусков льда. Короче, типичный местечковый взгляд на окружающее. Ещё несколько столетий назад считалось, что Земля закреплена в центре вселенной, тогда как всё остальное вращается вокруг неё или беспорядочно носится по небу. Впрочем, все эти подробности людям совершенно безразличны, ведь их самих там нет.