Наследник et Paris

Стрижовы в городе.

Я подобрался, прогоняя в голове все возможные дальнейшие действия.

Илья Стрижов — кузен Кристины и третий сын нынешнего главы Красноярской Губернии. Человек из правящей семьи. Птицы высокого полёта к нам пожаловали. Больше решили не слать на разведку своих СБэшников-бандитов и не размениваться по мелочам?

— Их много? — коротко спросил я в трубку.

— Достаточно, — хмуро ответила Пожарская.

— Справитесь, если потребуется?

— О, неужели ты за меня беспокоишься? А я думала у тебя теперь только твоя невеста на уме!

— Яра! Не время. Так что там?

— Сегодня у меня длинный и отвратительный день! — фыркнула она. — То меня используют как повод для дуэли, то с поставками проблема, то на стройке всякая херня! Ещё и секс у меня обломился, а мой… хм… мой ты, объявил, что женится на другой!

— Яра, мне повторить вопрос? Вы сможете с ними справиться?

— Я убью их всех, — процедила Пожарская. — И скажу трупам: «Спасибо, что пришли».

Даже через трубку я чувствовал, как яростно пылает огонь её души. Облегчённо выдохнув, я произнёс:

— Первой не нападай, не провоцируй, всё фиксируй на видео. И всё-таки всех убивать не обязательно, если будут бежать — пусть бегут. Но, кузена Кристины, по возможности захвати. Живым.

— Что, не хочешь вырезать родственников будущей жены? — хмыкнула Пожарская.

— Её дядя — мудак, — произнёс я холодно. — Но пока смерти, на мой взгляд, не заслуживает. Если он всё-таки неповинен в гибели семьи Кристи… Мне бы не хотелось уничтожать его семью. По крайней мере, сейчас.

— Зачем уничтожать, если можно использовать, да же? — к Пожарской начало возвращаться хорошее настроение. — Красноярская губерния лишней тебе не будет. Не пойму, ты расчётливый или всё же добренький?

— Добренький? — расплылся в хищной улыбке, невольно вспомнив, что княжич Щербатов собирался сделать с моей теперь уже невестой. И все это из-за того, что Кристине пришлось сбежать от родни. — Да я едва сдерживаюсь, чтобы не сорваться прямо сейчас в Красноярск и не устроить там апокалипсис. Если граф Стрижов-старший перейдёт незримую черту, к которой он подошёл уже очень близко, будет ему огненная кровавая сауна.

«И вот этот вот маньяк, учит меня человеколюбию», — проворчала в моей голове Фая.

Ну а я прекрасно понимал, что, объективно, такой крупный конфликт нам сейчас не нужен.

— Я тебя услышала, — бодро ответила Яра. — И… мне приятно, что ты за меня беспокоишься. Ладно, пойду я. А то граф тут на дороге уже терпение теряет. Помогу ему, что ли… окончательно его потерять.

Она заливисто рассмеялась и положила трубку.

На меня же уже смотрели две напряжённые пары глаз. Воробьёв и Васильев прекрасно слышали все, что я говорил Пожарской по телефону.

— Стрижовы в городе, — изрёк я.

И ощутил мощные колыхания энергии слева.

— Господин! Враг близко! — материализовался призрачный граф-домовой.

Вася и Пётр даже не испугались — привыкли уже к главному стражу моих земель.

Я усмехнулся и выпустил на разведку Фаю. Потёр виски и выпустил через поле Семейный Дар, снимая последствия алкогольных возлияний со всех, кто пил поблизости.

— Чет пиво какое-то бодяжное, — донеслось слева удивлённое бормотание.

Я же повернулся к барону и рыжему.

— Ну что, новый ИО главы гвардии, у тебя выдался отличный шанс проявить себя в первый же день. Враг у ворот! Приготовиться к бою!

Я отрезвил всех, своих людей — как говорится делу — время, а потехе — час. И сейчас пора действовать.

Люди сперва удивлённо разглядывали свои кружки, но после того, как командиры стали объявлять общий сбор, многие поняли — граф Белозеров, опять сделал что-то непонятное. Раздобыл пиво, которое вдруг мгновенного выветривается? Пф! На этой земле и не такое происходит. Одни призраки чего стоят.

Или домовой с дворовым.

Что забавно, домовым они считают не призрачного графа, а некую невидимую сущность, которая тырит молоко и вкусняшки. И телевизор постоянно включает в пустых комнатах.

Почему-то правда чаще всего включает на канале с дорамами. Слуги уже напридумывали себе, что в стародавние времена за домом следили крепостные из Кореи. Так заработались, что стали домовыми. Вот их иногда и тянет на родные раскосые рожи по телевизору посмотреть. По родине мол тоскуют даже после смерти.

В полной боевой готовности мои бойцы ждали встречи с врагом. Благодаря призракам и Фае я прекрасно знал, что отряд графа Стрижова разделился на шесть мощных групп, которые сейчас медленно окружают имение.

Прибыл по нашу голову второй сын нынешнего главы рода — Давид Богданович Стрижов. Какая честь, а? Сразу два человечка из главной семьи почтили меня своим вниманием.

— Может быть, подождёшь в особняке? — повернув голову, спросил я у воительницы в красивых латах цвета голубой войны.

Кристи хмуро посмотрела на меня и проговорила:

— Если ты скажешь. Но я хотела бы быть здесь.

— Хочешь — будь, — пожал я плечами и улыбнулся. — К тому же тебе очень идут твои доспехи.

— Спасибо. А раз идут — не буду такую красоту и подарок жениха прятать в оруженосце, — она робко улыбнулась.