Наследник черного престола

– Черный лорд умер, да здравствует черный лорд. Опять, – произнес первый хоасси, равнодушно разглядывая ногти. – Друзья, я начинаю подозревать нас в преступной халатности.

Тринадцатый хоасси, самый дряхлый и самый слабый маг из всех советников, нервно дернул плечом.

– Ваш тон неприемлем, господин Ноэ! Наша вина или нет, но это катастрофа!

– Вы правы, правы, господин Таш. За моим равнодушием скрывается страх и трепет, просто нет смысла паниковать внешне, если только ваше самолюбие бледностью лица потешить. – Он дождался, пока тринадцатый смущенно умолкнет и отведет взгляд, затем продолжил: – Для истерики нет оснований, для нее вообще никогда нет оснований, но господин Таш в чем-то прав. Это катастрофа. Такого же никогда не было, чтобы черные лорды мёрли, как мухи?

– Было, – занудно поправил господин Кирр, пятый советник и главный любитель покопаться в архивах. – Пять тысяч семьсот лет назад. Падение династии Лоре. Правитель не оставил завещания с полным списком наследников, а все известные его сыновья вскоре скончались. К счастью, хоасси тогда смогли выкрутиться и все-таки отыскать обладателя черной крови, но династия, как сами понимаете, все-таки сменилась. С тех пор к власти и пришли Корды.

– Вот только мир не рухнул? – уточнил Ноэ все так же лениво.

– Глупый вопрос, при всем уважении. Не рухнул, как видите. Но был на грани. И мы с вами сейчас, если позволите, в нескольких месяцах до этой точки.

Двенадцатый советник все же не сдержался и громко хлюпнул носом. Ноэ поморщился, справедливо полагая, что хоасси не имеют права быть такими жалкими. Если надвигается конец мира, надо искать пути предотвращения, а не носами шмыгать. Если конец неотвратим, то уж с чистой совестью расслабиться и дожить с миром остатки его дней. Нос в этом процессе тоже не участвует. Потому Ноэ выпрямился, откинул темный капюшон и заговорил строже:

– У нас, в отличие от тех хоасси, список имеется! Конечно, это плохой вариант, но, спасибо покойному лорду, он был весьма любвеобилен. Два его сына умерли в течение двух недель от ядов, думаю, это дело рук кого-то, кто идет в этом списке дальше. Следующим значится его черное высочество Зиак. Предлагаю не рассматривать его в качестве подозреваемого.

Советники только усмехнулись. Само собой, девятимесячного Зиака сложно подозревать в организации отравлений предшествующих наследников. А вот за Зиаком разворачивается список из двух десятков мужских имен, все разного возраста и статуса, но умерший правитель не просто так писал их в этом порядке. К настоящей власти готовили только первого – его отравили через десять дней после начала правления. Труп следующего лорда сожгли сегодня утром. И отравителем мог быть любой, значащийся на пергаменте, который держал в руке первый хоасси.

– Я больше скажу, – подал голос седьмой советник. – Если мы коронуем Зиака, то, наверняка, и он не проживет больше недели. Пройдут десятилетия, прежде чем мальчик сможет за себя постоять. Уж если первый наследник, которого готовили к подобным вещам, не сумел…

– Вы правы, – Ноэ подался вперед. – А время не ждет. Я предлагаю вернуться к разговору, который уже заводил после смерти первого дофина зла.

– Немыслимо! – прокряхтел девятый хоасси.

– Это мало того что сложно осуществить, но и последствия могут быть еще более ужасающими, – подтвердил второй хоасси.

– Хуже падения черного престола? – Ноэ вскинул брови.

На это возразить было нечего. Все присутствующие прекрасно знали, чем чревато промедление и что случится, если черный трон так и не займет новый правитель. Изменения последуют не сразу, но непременно будут. А каждый из тринадцати темных хоасси принес клятву держать мир на своих плечах, каких бы жертв это ни потребовало. Знал это и Ноэ, и на этот раз решил настаивать:

– Мы пропустили его, уже нарушили список. Я предлагаю вернуться ко второй строчке престолонаследия и короновать Киана из династии Кордов.

Самый спокойный и неторопливый одиннадцатый хоасси медленно кивнул и вышел вперед.

– Боюсь, господин Ноэ излагает истину, это мы допустили ошибку, пропустив Киана Корда. Он не подходит на роль правителя и мог участвовать в заговоре с еще меньшей вероятностью, чем младенец Зиак. По крайней мере, мы обязаны проработать и этот вариант!

– А что вам заговор? – пожал плечами третий хоасси. – Мы ведь говорим о черном престоле – так пусть его возьмет тот, у кого самая черная душа. Думаю, человек, убивающий собственных единокровных братьев, сможет держать зло в кулаке.

Ноэ поморщился, но все же поразмыслил над предложением перед ответом: